И теперь Дина, его сестра, тоже играла, «як зверь», и разучивала со мной песни с «жестикуляцией», с увлечением проводила надо мной эксперименты.
Первым моим номером с «жестикуляцией» была песня про Витю Черевичкина – слова неизвестного автора на музыку песни Терентьева «Пусть дни проходят». Для этого нужно было вместе с первыми строками:
Жил в Ростове Витя Черевичкин –согнуть правую руку в локте, выбросить ее чуть в сторону; взгляд – к зрителям, сидящим справа. На вторую строчку:
В школе он отлично успевал –все то же самое, но – в левую сторону. Дальше просто поешь:
И в свободный час всегда обычноГолубей любимых выпускал.На припеве и голова и руки постепенно устремляются к небу:
Голуби, мои вы милые,Улетайте в облачную высь…Дина меня наставляла:
– Люся! Во втором куплете война. Лицо жесткое, руки сжаты в кулаки, хорошо, если в глазах заблестит слеза – это всегда впечатляет. И финал – победа! Лицо радостное, торжественное! А руки – широко-широко! Как будто хочешь обнять весь мир! Ну!
Но не долго эти дни тянулись,И, разбив фашистских подлых псов,Красные герои к нам вернулись,Снова стал свободным наш Ростов.Я выступала регулярно в концертах нашего лагеря и во всех соседних, лишь бы пригласили. Путевку на первую смену мама достала с трудом, зато путевку на вторую – директор лагеря предложил мне сам за то, что я активно участвую в самодеятельности и отстаиваю честь лагеря.
В каждой смене жгли два пионерских костра: один – в начале смены, другой – на закрытие. Если в концерте на первом костре выступали кто с чем, то на закрытии был целый продуманный спектакль. Я выходила на сцену два, а то и три раза – и все с разными песнями. Тогда мы с Диной вспомнили из довоенных песен – «Эх, Андрюша». Она имела большой успех. Меня даже дразнили «Андрюша! Иди сюда…». Жизнь в лагере была прекрасной! Только мечтать! И ем, и купаюсь в пруду, и хожу в лес, и выступаю на сцене!
Сцену устроили прямо на поляне. Сделана она была из досок. Ноги то и дело проваливались в щели. Стою на сцене и пою! Вот радость! Все дети на меня смотрят с интересом. Когда же удавалось заплакать… да что там говорить…
Пою… а если вижу среди зрителей кого-то, кто мне нравится, – стараюсь! И уж совсем обуревает гордость, когда доходит до исполнения с «жестикуляцией». Ведь до такого еще никто не додумался. Ведь только вслушайтесь, как звучит – «Песня с жестикуляцией».
