Такое лицемерие по понятным причинам расстраивает многих климатических активистов. "Назовите хоть одну знаменитость, которая выступает в защиту климата!" потребовала Грета Тунберг от своей матери в 2016 году. "Назовите хоть одну знаменитость, которая готова пожертвовать роскошью полетов вокруг света!"
Но жертвовать роскошью кругосветных перелетов вовсе не означает, что можно избежать значительных выбросов углекислого газа, как вскоре обнаружил Танберг.
В августе 2019 года Тунберг отправилась из Европы в Нью-Йорк, чтобы показать пример того, как можно жить без выбросов углекислого газа. Но путешествие Греты на паруснике через Атлантику, работающем на возобновляемых источниках энергии, привело к выбросам в четыре раза больше, чем перелет. Причина в том, что для плавания требовалась команда парусника, которая потом летела обратно домой.
Причина, по которой даже самые искренние "зеленые" потребляют большое количество энергии, проста: жизнь в богатых странах и все, что делают люди в богатых странах, - от вождения и полетов до еды и жилья - требует значительного количества энергии.
Как мы уже убедились, энергетического скачка не произошло. Доход на душу населения по-прежнему тесно связан с потреблением энергии на душу населения. Не существует богатой страны с низким энергопотреблением, так же как и бедной страны с высоким энергопотреблением. Хотя европейцы в среднем потребляют меньше энергии, чем американцы, это объясняется не столько экологическими достоинствами, сколько тем, что они больше пользуются поездами и меньше автомобилями из-за более высокой плотности населения.
В целом потребление энергии в развитых странах неуклонно растет. Потребление первичной энергии в Европе, которое представляет собой электроэнергию плюс энергию, используемую для отопления, приготовления пищи и транспортировки, выросло с 1966 по 2018 год примерно с 12 500 до 23 500 тераватт-часов. В Северной Америке за тот же период оно выросло примерно с 17 000 до 33 000 тераватт-часов.
Правда, за последнее десятилетие потребление энергии на душу населения в богатых странах несколько снизилось, но это произошло в основном за счет ухода энергоемких отраслей, таких как обрабатывающая промышленность, в такие страны, как Китай, а не благодаря энергоэффективности или энергосбережению.
Если посчитать выбросы, "встроенные" в импорт продукции из Китая, то рост выбросов в США с 1990 по 2014 год увеличится с 9 до 17 процентов, а 27-процентное сокращение выбросов в Великобритании за тот же период снизится до 11 процентов.
Если у экологов не было политической власти, чтобы ограничить потребление энергии и, следовательно, экономический рост в богатых странах, то в течение пятидесяти лет у них было достаточно власти, чтобы ограничить его в более бедных и слабых странах. Сегодня Всемирный банк переключает финансирование с дешевых и надежных источников энергии, таких как гидроэлектроэнергия, ископаемое топливо и атомная энергия, на дорогие и ненадежные, такие как солнце и ветер. А в октябре 2019 года Европейский инвестиционный банк объявил, что прекратит финансирование ископаемых видов топлива в бедных странах к 2021 году.
Хотя защитники окружающей среды из богатых стран не являются основной причиной бедности в таких местах, как Конго, они, как минимум, усложняют положение стран, и без того находящихся в невыгодном положении из-за того, что они были последними на Земле, кто начал индустриализацию и развитие.
В 1976 году двадцативосьмилетний белый южноафриканец по имени Джон Бриско отправился в Бангладеш. Выросший в условиях апартеида, Бриско стал радикально настроен против существовавшей в стране системы расовой сегрегации. Бриско получил степень доктора наук в области экологической инженерии в Гарварде и отправился в Бангладеш, чтобы использовать свои навыки для избавления людей от бедности. Бриско попал в деревню, которая треть года была затоплена водой на несколько метров. Местные жители страдали от болезней и недоедания. Средняя продолжительность жизни составляла менее пятидесяти лет.
Но когда Бриско узнал о планах построить вокруг деревни насыпь, чтобы защитить ее от ежегодных наводнений и обеспечить орошение, он выступил против. Бриско, который в то время был марксистом, считал, что насыпь просто сконцентрирует богатство в руках богатых.
Двадцать два года спустя Бриско вернулся в деревню в Бангладеш и был удивлен тем, что обнаружил. Жители деревни были здоровы, дети ходили в школу, а вместо лохмотьев они носили одежду. Средняя продолжительность жизни увеличилась почти до семидесяти лет. Женщины стали более независимыми, а на рынках появились оживленные рынки продуктов питания.
