— Да. Но у нас теперь одно тело и в нем надо как-то ужится. — Кайл тяжело вздохнул.
— Что это? Сожаление? — Яша изогнул бровь.
— Да. Мне и впрямь жаль тебя. — признался Кайл. — Ты не виноват в этом всем.
Ярополк заметил интересную вещь: Дозор и Дакота тоже видят Кайла. Это хорошо, значит Яша будет не один тут с ума сходить.
— Как я заразился? — Ярополк хотел знать о каком моменте жизни больше всего сожалеть.
— Я тебе не просто так нож положил. Перед этим я порезался им и оставил немного своей крови. А потом ты его уранил, тоже порезался, кровь смешалась и все: ты уже заражен. — Кайл говорил это так легко, словно это заражение Яше ничего не стоило. Он сбился со счета, сколько боли и страданий ему это все принесло. И сколько раз он хотел умереть после заражения.
— Ты понимаешь, что сломал мне жизнь? — Ярополк посмотрел ему в глазах смело, без капли сомнения. В этом бесчестном существе он хочет увидеть хотябы проблеск совести сквозь пелену бесчеловечности.
— Понимаю. И я дам тебе выбор. Я могу тебя умертвить, просто забрать твое тело и жить в нем самому. А второй… Я оставлю тебе тело, но ты будешь выполнять любой мой приказ. — Кайл говорил тихо, выговаривая каждый слог, не забывая проверять реакцию Ярополка. — Если я скажу догнать — ты догоняяшь. Если говорю убить…
— … я убиваю. — тихо перебил его Яша, опуская взгляд в пол. — Я выбираю первый и слышать больше ничего не хочу. Там я встречусь уже с обоими родителями… — голос Ярополка в конце оборвался. Он закрыл глаза и ожидал своей участи. Он хотел жить, но не такой жизнью. Такая жизнь ему не нужна.
— А как же Майя, которой ты так и не признался в чувствах? Дядя Миша? Тетя… забыл как жену Михаила зовут. Да даже тот же Дозор. Тебе есть, ради кого жить. Подумай об этом. — голос Кайла звучал в темноте, эхом отражаясь в сознании Яши.
— Может ты в чем-то и прав. — Яша рывком встал с пола и прошелся до середины помещения, где он уже открыл глаза.
Дозор и Дакота тоже вскочили и хвостиками побежали за ним.
— И что ты выбираешь? — поинтересовался Кайл, бросив эти слова ему вслед.
Ярополк остановился. Он поставил руки на поясницу и чуть задрал голову. Думает. То, что думает — хорошо, значит ясность ума пока сохранена.
— И все-таки я хочу жить. — уверенно, не поворачиваясь произнес Яша, шмыгнув носом. Ему больно морально и физически — ясное дело, что он плачет. А встал он так, чтобы не видели его слез.
Кайл, Дакота и Дозор лишь смотрели ему вслед.
— Скоро мутируешь — не пугайся. Ну когти ты уже видел, крылья вырастут. — как-то даже невозмутимо сообщил Кайл.
— Крылья? У меня мутация птицы? — спросил он надрывающимся голосом.
— Да. Второй файл — ястреб. — Кайл стоял на своем месте, решая не нарушать личное пространство Яши и не вставать к нему лицом к лицу.
Птица — редкая мутация. Обычно какие-то хищные звери, но не птицы. Самой распростроненной мутацией считается волк.
— Какая у тебя мутация? — через плечо бросил Ярополк, не поворачиваясь.
— Снежный барс. — Кайл не понимал, зачем Яше эта информация, но все-таки решил ответить. Да и сейчас не время врать или затыкать друг друга, хотя так хочется.
— И какие у тебя планы? Что я должен буду выполнять бесприкасловно? — Ярополк все ещё не поворачивался и в какой-то момент потянулся к лицу, вытирая рукой очередную слезу.
— Надо найти Создателя этой Программы, чтобы он перезапустил её. Я ведь тоже несчастлив. Может в другом мире я проживу достойную жизнь. Я знаю, что Леонард Коуэлл лично с ним знаком. Так вот, первая наша цель — мой дядя. Выпытаем у него — убьём и дело с концом. Найти Создателя не составит проблем. Но надо всегда иметь перестраховку. Надо найти хотябы ещё пару "особенных". Я уверен, что такие есть.
— Да будет так. — хрипло отозвался Яша с тяжелым вздохом. В этом тихом вздохе была вся та боль, все то, что он пережил. Он готов. Готов на все. Теперь осталось лишь одно: найти в себе силы жить, а не существовать.
Яша вдруг почувствовал запах. Такой приятный запах совсем свежего мяса, такая сочного…
Вокруг все потемнело и, около дверей завода Яша увидел ярко-алое пятно. Оно манило его к себе, звало.
— Нет… — тихо произнес Ярополк, понимая, что с ним происходит.
Это был голод. Его первый голод.
— Кайл. — тихо обратился юнша куда-то в постоту. Коуэлл-младший был всего лишь его галлюцинаций и в зрении хищника Яша его банально не видел. — Кайл! — громче крикнул Яша, жадно хватая ртом воздух. Уголки его рта начало жжечь, а зубы начали удлиняться. — Кайл, пожалуйста! Я не хочу быть монстром! — из последних сил выкрикнул Яша, чувствуя, как острые зубы рвут кожу челюсти, как внутренний зверь побеждает человеческую оболочку.
Вдрагивая от боли, юноша опустился на колени. Он закрывал лицо руками, не собираясь принимать нового себя. Внутри него кипела ненависть к себе, к этому чертовому заводу и Кайлу. Яша ощутил такую тяжесть в груди, такую горечь, такое невоносимое отчаянье.
— Ты уже им являешься. А своего внутреннего монстра надо иногда кормить. — спокойно и невозмутимо отразился эхом в голове голос Кайла.