— Я их ограбил однажды.
— Значит, ты еще и вор. Хотя чему удивляться?
— Сейчас нет такого понятия, как вор. Нет понятия плохой или хороший. Сейчас есть только живой или мертвый. Хочешь жить — крутись. Я хочу жить. Ясно?
— Но ведь мы идем к ним явно не за припасами, не так ли? Хочешь помочь тому парню, да?
— Да, я хочу помочь ему.
— Интересно знать, как он вообще к ним попал?
— По собственной глупости.
— И ты не пытался его спасти?
— Пытался. Не вышло.
— А сейчас, думаешь, выйдет?
— Надеюсь на это.
— Ясно. Слушай, — она выдержала паузу, разглядывая Марса, — кто она такая?
— Кто именно?
— Катя. Ты ведь идешь за ней. Кто она тебе? Ты ее любишь?
— Она друг, которого я потерял и хочу вернуть. Она мне как дочь. Единственный близкий человек, который остался у меня в этой жизни. Впрочем, это долгая история.
— А мы что, куда-то спешим?
— Ладно. Как скажешь.
Марс рассказал Лизе про Виктора, рассказал про то, как они нашли Катю, о том, как они выживали все это время.
— Ее забрали «Огненные братья», их солдаты в черном. Они давно выслеживали нас. Только не пойму для чего.
— И ты идешь в Новый Рим? — глаза Лизы округлились.
— Ага, — он зачерпнул ножом кашу, подул на нее и снял еду губами с лезвия.
— Ты не мессия, Марс. Ты самоубийца. Туда ведь не пробраться, многие пробовали. Там заграждения везде и их бойцы. Даже если пройдем через блокпосты, то на их территории нам не выжить. Там чужаков сдадут сразу кураторам — и тогда все. Конец. Да и если подумать, то нас убьют еще на подходе. Тебе армия нужна, и это как минимум.
— К сожалению, армии у меня нет. Я не прошу тебя идти со мной.
— Ладно, значит, Катя — это твой друг?
— Угу.
— Она красивая?
— Она ребенок. Что за дурацкие вопросы?
— Да я просто спрашиваю. Хоть о чем-то с тобой поговорить. Ты же всегда молчишь. Рука, кстати, как? — перевела разговор на другую тему Лиза.
— Ноет, — Марс осмотрел забинтованное запястье и палец.
— Хоть бы срослось нормально.
— Да все хорошо будет. На мне как на собаке раны заживают, — он отбросил банку в сторону. — Помню, ногу почти до кости рассадил. Так ничего. Все зажило за неделю, представляешь? Даже шрама не осталось. Так что с пальцем все нормально будет... Завтра трудный день.
— Это точно. У меня всего девять патронов. При хорошем раскладе их еще человек пять останется. Если умрешь, твою подружку уже никто не спасет.
— Мне нужно будет подобраться к ним поближе. Ты прикроешь меня. Их главный — Змей, здоровый такой бугай. Без него они особого желания сражаться не проявят. Нужно будет напасть с рассветом — застанем их врасплох. Я попытаюсь перебить часовых, ты лупи по тем, кто будет подниматься, но не забудь про Змея. Эту тварь нужно завалить в первую очередь.
— Как все легко и просто. Надеюсь, этот твой приятель стоит того, чтобы за него умереть.
— Не стоит. Но иногда приходится отдавать долги. Я много плохого сделал, нужно сделать хоть что-то хорошее. А то я и вправду больше похож на зверя, нежели на спасителя, — он усмехнулся.
— Понятно. Короче, ты меня извини, но твой план фигня.
— Есть предложение получше?
— Есть. Теперь слушай, как мы поступим, — Лиза пододвинулась к нему ближе, почти вплотную.
— Ты чего? — Марс настороженно посмотрел на нее.
— Слышишь?
— Что именно? Ни хрена я не слышу.
— Вот именно. Тишина. Вокруг только тишина. Какая-то странная, давящая тишина. Она пугает неизвестностью, тяжелым ожиданием.
— Ты вроде хотела рассказать свой план?
Лиза толкнула его в грудь и залезла сверху.
— Расскажу. Чуть позже, — наклоняясь к нему, прошептала она. Слышишь?
— Нет.
— Тишина звенит. Раньше я думала, что так рождается любовь.
— Мы можем завтра умереть.
— Каждый день можем, — ее губы коснулись губ Марса.
— Я плохой человек, Лиза. Я постоянно теряю тех, кто становится мне дорог. Не стоит этого делать.
— Это мой выбор, — она впилась своими губами в его.
Только забрезжил рассвет. Длинный след протянулся по полю, будто прополз огромный дождевой червь. Лиза аккуратно подготовила место для позиции, окопалась в снегу и застыла. Легкий ветер пронес небольшую поземку. Метрах в трехстах — давно проржавевшая насквозь сельхозтехника: пара комбайнов, трактор и совсем вросший в землю ГАЗ. Здесь заночевала банда Змея. Четверо часовых: двое расположились на технике, один обходил лагерь кругом и один следил за пленниками, которые сидели прямо на снегу. Остальные члены банды, по-видимому, спали. Как ни старалась, Лиза не могла найти бугая, про которого говорил Марс. Нецензурно выругалась. И почему она не отговорила этого безумца от такой глупой идеи? Поймала себя на мысли, что он стал ей дорог. Может, это и вправду любовь? Ночь, проведенная с ним, изменила ее. Плотское желание превратилось в чувство. Не понимая зачем и для чего, вывела его имя пальцем на снегу. Странное все же у него имя.
