– Аримафеец… – прошептал, улыбаясь, тарсиец. – Неужели ты и в самом деле думал, что у тебя получится спасти своих друзей, если меня лишат моей должности охранника Храма?
– Умоляю тебя, Савл, отпусти ее, и я сделаю все, что ты захочешь!
– Только не в таком порядке, – спокойно произнес Савл. – Я отпущу ее, как только ты мне все расскажешь.
– А что ты хочешь узнать?
– Ты «воскресил» Иешуа из Назарета семь лет назад. Где он скрывается в настоящее время?
– Это не я его воскресил, Савл, это – деяние Всевышнего. А я всего лишь орудие в руках Божьих.
– Так ты утверждаешь, что он воскрес после распятия?
– Да, после трехдневного пребывания в бессознательном состоянии. А теперь отпусти мою дочь.
– Не раньше, чем ты мне скажешь, где скрывается ваш «мессия».
– Его здесь больше нет. Он был среди нас в течение сорока дней, пока его Отец небесный окончательно не призвал его к себе.
– Ты считаешь, что я настолько глуп, чтобы поверить в эти россказни?
Молчание мудреца было знаком согласия.
Своим указательным пальцем Савл надавил на лезвие, приставленное к горлу его пленницы, которая полными ужаса глазами молила о пощаде.
– Я даю тебе последний шанс спасти эту очаровательную девочку, – вновь заговорил бывший охранник. – Но берегись, я знаю ответы на некоторые вопросы, которые собираюсь тебе задать. Стоит тебе солгать, и я сделаю из нее пасхальную жертву. Ты готов?
Иосиф дважды кивнул трясущейся головой.
– Сын галилеянина останавливался у тебя этой ночью. Ты его пустил на ночлег, не так ли?
– Гостеприимство традиционно для нас.
– Лонгин уничтожил римский дозор, чтобы спасти его. Но… при этом его серьезно ранили, и он обратился к тебе за помощью. И ты, не задумываясь, оказал помощь этому бандиту, что делает тебя и твою семью врагами Рима, заслуживающими смертной казни.
– Бандит он или нет, мой долг лекаря обязывает меня лечить раненых, я давал клятву. А также все то, что я вижу и слышу о них, не подлежит разглашению.
– В самом деле? – улыбнулся Савл и резким движением перерезал горло девочки.
Иосиф бросился на него, пытаясь выхватить кинжал, но Савл использовал свою жертву в качестве щита. Она попыталась что-то сказать отцу, но вместо слов изо рта потекла кровь.
Через несколько мгновений Иосиф почувствовал, как кинжал вонзается в его тело. Смерть не смогла вырвать из него ни звука, поскольку все его внимание было приковано к агонизирующей дочери. Савл крепко держал ее сзади, так что она оказалась зажатой между убийцей и своим отцом.
– Ты сделал свое дело, фарисей, – прошептал, улыбаясь, Савл. – Теперь пришла очередь твоей жены, а потом и сына.
Убийца еще глубже вонзил кинжал в тело Иосифа и прокрутил его там. Несчастный попытался сопротивляться, но у него на это уже не осталось сил.
– Пощади их… – прохрипел он.
– Не переживай, вы скоро снова будете вместе.
Иосиф хотел каким-то образом предупредить родных, но не знал, как это сделать.
Савл вытащил кинжал, и обе его жертвы рухнули на пол.
Он вышел из кухни и направился в комнату хозяйки, ступая неслышно, словно кошка.
Затаив дыхание, он припал глазом к замочной скважине.
Анна как раз расчесывалась.
Убийца приоткрыл дверь, но скрип петель выдал его.
– Иосиф? – произнесла Анна, оборачиваясь.
Увидев постороннего, она застыла на месте. Кровь на руках и одежде тарсийца привела ее в ужас.
– Мне нужно кое-что узнать у тебя, женщина. И я надеюсь, что ради своего малыша ты будешь более благоразумной, чем твои муж и дочь.
– Что ты с ними сделал? – закричала в панике Анна.
– Нет, вопросы задаю я. Ты будешь отвечать. И ответы мне нужны очень простые. Куда отправились Лонгин и сын галилеянина?
– Что ты с ними сделал? – повторила она со слезами на глазах.
– То же самое, что я сделаю и с твоим сыном, если ты не ответишь, – спокойно произнес Савл.
После этих слов Анна пришла в отчаяние. Ее муж и дочь погибли, спасая Давида. Если она поступит так же, то такая же судьба будет уготована ей и ее сыну. Разве этого от нее ждет Всевышний? Ее мало волновало, что будет с ней, но судьба сына была ей небезразлична! Ни Господь, ни Иосиф не могли хотеть смерти пятилетнего ребенка! Ей нужно было выиграть время, собою отвлечь внимание убийцы. И тогда, словно заманивая, она стала расшнуровывать верх туники трясущимися руками, выставляя напоказ свои тяжелые, еще мокрые груди.
– Возьми меня, Савл, и пощади моего сына, – заговорила она чувственно, что вызвало у него отвращение, – и я клянусь тебе, ты не пожалеешь!
Савл в ужасе отскочил от нее, выкрикнув:
– Отойди от меня, соблазнительница! Заноза в моей плоти! Неужели ты не понимаешь, что сам сатана подсказывает тебе эти слова?
Анна воспользовалась его замешательством и бросилась к двери, но, прежде чем ей удалось ее открыть, кинжал, пролетев со свистом, вонзился в ее спину по самую рукоятку. Она рухнула на пол. Савл тут же бросился к умирающей и, схватив правой рукой за волосы, приподнял ее голову, пытаясь задержать женщину на этом свете.
– Скажи, куда отправился сын галилеянина, – прорычал он, – или, клянусь, твой сын испытает адские муки еще до преисподней!
