Перенесение современной экклезиологии в первоначальную церковь не только создает неправильное представление
Трудно не согласиться с автором отзыва в том, что перенесение более поздних концептов на более ранних авторов всегда чревато натяжками. Интерпретация взглядов Киприана затруднена для современного богослова тем, что вольно или невольно он рассматривает их через призму последующей межконфессиональной полемики. Объективный и отстраненный анализ этих взглядов в данной ситуации практически невозможен. Тем не менее мы можем констатировать два факта: 1) вся полемика вокруг взглядов Киприана носит исключительно богословский характер и не касается исторической проблематики; 2) какое-либо указание на Петра как на епископа Рима в трудах Киприана отсутствует.
До IV века нам не известен ни один автор, который бы утверждал этот факт, но в IV веке положение дел меняется. О том, что Пётр «занимал в этом городе священнический пост двадцать пять лет», говорил Блаженный Иероним в приведенной выше цитате[399]. Римскую кафедру Иероним называет «кафедрой Петра»[400]. В одном из писем папе Римскому Дамасу Иероним говорит:
Поелику Восток, смущенный древнею международною ненавистью, разрывает на мелкие куски нешвенную, свыше истканную ризу Христову… то я решился обратиться за вразумлением к кафедре Петровой и вероучению, восхваленному устами апостольскими. Итак, хотя твое величие приводит меня в трепет, но твоя снисходительность ободряет меня. Я прошу у священнослужителя – спасения жертвы, у пастыря – заступления овцы. Пусть умолкнет недоброжелательство; пусть останется в стороне высота римского престола; я говорю с преемником рыбаря и учеником Христа. Я, следуя прежде всего только Христу, соединяюсь общением с блаженством твоим, то есть с кафедрою Петровою. Я знаю, что на этом камне создана Церковь. Кто вне этого дома будет вкушать агнца, тот чужд священного сонма. Кто не будет в ковчеге Ноевом, тот погибнет в разливе потопа[401].
