Подошёл в пальто мужчина,
Пожилых, преклонных лет.
— Ярость, это есть вершина
Человеческого духа,
Злобный всплеск приятен слуху.
(Говорит тот незнакомец).
В вашем доме есть питомец,
По характеру как вы;
Вазу он сейчас разбил.
Можно с вами познакомлюсь?
Я проездом здесь в Москве.
Чувствуете мой акцент?
В водах Бадена я моюсь
Вот уже как триста лет.
Мефенгрофен моё имя;
Нелегко произносимо,
Можете звать кратко, Меф.
(Так сказал он, и подсев
На скамейку, дальше молвил).
— Дайте-ка я вас припомню.
Паустовский Николай?
Фаустом вас звали в школе.
— Верно. Как вы разузнали?..
— Часто вы ко мне взывали.
Я пришёл вам помогать.
Свадьбу будем разгонять
Весело сейчас мы с вами.
Целый день они гулять
Будут в парках, по бульварам,
Фотографии снимать
Станут. Нет, совсем не пара
Вашей дочери тот фат.
— Да, совсем! И это факт!
Эх, гори она пожаром
Эта свадьба! Буду рад,
Если в пламени сгорят!
— Что же, дело тут за малым
Стало. Дым, огонь и смрад
Поднесём мы им в подарок.
Вечером заполыхало
Зданье местного кафе,
Паустовский им коктейль
Молотова в зал закинул.
Сам же быстренько покинул
Место преступления.
Спать лёг; о содеянном
Вовсе он не размышлял,
Сильно пьян был, задремал.
Чёрный кот его косматый
Стены в комнате царапал,
Обдирал обои лапой
И шипел в углы зловеще.
Что-то было человечье
В его диком жёлтом взгляде.
Раскидал он в доме вещи,
И улёгся с вазой рядом,
Той, которую разбил.
Долго кот в окно следил
За луною жёлтой, полной.
Всё луна о жизни помнит,
Спутница она животным,
Людям на клочке земли.
Бледною тоской глядит
С неба чёрного она,
Её дом — немая мгла.
Утром Паустовский встал
В странном, диком возбужденьи.
Вещи в сумку он собрал,
Взял кота; закинул деньги
Все, что были у него,
И из дому прочь ушёл.
Бороздин шёл на работу,
Мучала его зевота,-
Плохо спал он в эту ночь,
Так, что и шагать невмочь.
Странного субъекта видит
Бороздин перед собой,-
В пиджаке, в нарядном виде;
Вместе с ним идёт большой
Чёрный и косматый кот
Не на поводке. «Народ
Удивительный в Москве…
На ходу, видать, трезвеет,
И котяру при себе
В виде спутника имеет.
Он ещё б его на шею
Посадил, не удивил.»
Тут прохожий, в самом деле,
Котофея взгромоздил
На плечо себе, и быстро
В тесных переулках скрылся.
В кабинет вошёл учёный.
Скоро он свой аппарат
Должен будет передать
Для экспериментов новых
Высшему начальству. Знать
Теперь они хотят,
Как он сможет повлиять
На людское поведенье.
— Наконец настало время
В русло направлять теченье
Эмоциональных рек.
Олег Фёдорович, в век
Прекрасный мы живём!
Стимул обществу даём,
Направленье поколеньям!
(Так Бороздину военный
Говорил и руку жал).
— Я уже предупреждал…
— А вот этого не надо;
Сколько можно? Очень рады,
Что пришли к финалу вы.
Крупная вас ждёт награда.
Вы теперь в центре Москвы
Сможете купить с парадным
Входом весь подъезд
И квартиры в нём. Я без
Шуток говорю.
Средства на всю жизнь дают
Вам за ваш талант.
Для науки вы атлант!
— Этого не может быть…
Сколько мне должны вручить?!
— Через час пополнят счёт,
Вы увидите всё сами.
Не о тысячах идёт
Речь; о миллиардах.
— Господи, не может быть…
Дайте мне воды попить.
— Успокойтесь, всё в порядке.
И с налоговой всё гладко
Будет. Я вас теперь
Об одном просить намерен,
Выполните вашу цель,
Довершите своё дело.
Наш эксперимент нацелен
В очень узкие пределы,
Аккуратное начало
Выбираем; и уверен,
Что расширим ареалы
Чуть попозже. Вы сейчас
С группой выехать должны.
Есть местечко там у нас
На окраинах Москвы.
Удивился Бороздин,
Получив уведомленье
СМС-кой, столько денег
Выдали в присест один,
Что потратить не успеет
Он их за всю жизнь свою!
«Столько лишь царям дают…
Ух, богат как Соломон
Стал я во мгновенье ока!
Сяду на счастливый трон,
Буду жить на всём готовом!»
(Ликовал он по пути
К Чехову, — туда они,
В этот пригород Москвы
Группою прибыть должны).
В местном театре представленье
Шло; битком народ
В ложах все забил сиденья.
Бороздин же у ворот
Здания встал с ассистентом;
Вытащил свой аппарат
И сказал: "Сейчас приветы
Будем в разум посылать
Окультуренной толпы."
— Интересно. Поглядим.
"Для начала эйфорию
Дикую распространим."
В этот миг заголосили,
Засмеялись все актёры
Вместе с зрителями; сильно
Их трясло, — такое в пору
Эпилептикам несчастным.
Так от смеха сотрясаться
Стали они, что учёный
Поскорей нажал на кнопку,
Отключил он эти волны.
Зал в мгновение замолкнул.
Зрители недоумённо
Головами завертели,
Зашумели удивлённо.
"А сейчас мы страсть проверим." -
Ухмылялся Бороздин,
И другой включил режим.
В этот миг схватил Татьяну
Распалившийся Онегин,
Та же, ножки свои плавно
Раздвигала прям на сцене.
Ленский тоже к ней полез.
Ну а в зале было что-то!
Все повскакивали с мест!
— Выключайте! Будет порно
Групповое! (Закричал
Ассистент Бороздину).
Вновь затих в смущеньи зал.
"Замешательство к тому
Ведёт, — учёный пояснял,
Что послушны станут нам
Их умы; гипноз — не сон,
На одной идее он
Держит волю и сознанье,
Всё вниманье погружая
Не в контексты, а в детали.
Разумом владеем мы
В этом мире очень мало,
Тысячи веков прошли
До того, как люди стали
Здесь "разумными", в кавычках.
Мы рабы своих привычек,
Стимул нами управляет.
А сейчас я страх включаю,
Посмотрите, что случится."
Люди в зале стали биться,
К выходу все побежали,
Завопили, закричали;
Друг на друга они злиться,
