Когда надрыв – единственная форма роста. Когда суть пробуждения – важнее сна. Когда голод стремления – важнее сытости и бытового комфорта, а мечты, желания, надежды и цели – сильнее страха неопределенности… тогда-то и начинается настоящая жизнь. Во все времена находятся те, кто требует от себя и от мира большего. Те, кто всей своей сущностью не приемлют любые проявления примитивности, глупости и грубости. Те, кто, ежедневно стоят на краю обрыва и, почти ослепнув от глянца и фальши окружения, все же находят в себе силы и… выбирают жизнь. Априори Life.Содержит нецензурную брань.
Все события, возможно, не основаны на реальных; в основе образов, вероятно, не лежат реальные люди; любые аналогии названий, аббревиатур и мест с – всего лишь совпадения, однако сходства не исключены.
Осеннее утро субботы. Свободны проспекты, развязки, шоссе и даже «трешка» высвечивается полностью зеленым кругом. Никаких еще пробок будничного характера. Городские законы моря – с утра прилив к центру с окраин, вечером обратный отлив – тоже временами имеют свой штиль.
«Лексус»-хамелеон RX уверенно проминает извилистые полосы проспекта Вернадского, не спеша и не суетливо, впиваясь рельефным протектором демисезонных шин с литыми дисками. Легким обтекаемым кораблем Audi A8 рассекает «щелчок», отражая своим безупречным глянцевым покрытием полусонные пятиэтажки. Серебристый Infinity лениво проминал упругим подвесом разбитую от бесконечных ремонтных работ трассу Волоколамки. Белая Mazda, матовый BMW в спортивном обвесе, компактный Chevrolet и хмурая Mitsubishi с агрессивным прищуром, ласковая Toyota и строптивый Nissan, внушительный Volkswagen и своенравный Mercedes почти раритетной модели, а также плотный рой шустрых пчелок с характерными шашечками на крыше. Все они разогревали моторы, пополняли баки и спешили в одно и то же место. Кто выезжая заранее, кто – неминуемо опаздывая в силу собственной нерасторопности, но непременно в отглаженных кипенно-белых рубашках, лакированных начищенных до блеска туфлях, в стильных галстуках и строгих деловых костюмах, всем своим видом, темпом и настроением будто будя этот город, все еще погруженный в субботнюю дремоту. Ведь это был их город. Город возможностей.
Вы видели когда-нибудь карту Москвы? Этот пестрый лоскут складывающейся бумаги средней плотности с тремя кольцами автодорог, опоясывающих ее между витиеватыми проспектами, узкими улочками, иногда не обозначенными вовсе, и бестолковыми развязками транспортных магистралей. С символичными значками автозаправок, гостинец и лесопарковых зон. Видели? А теперь представьте, как мигающие точки, обуславливающие автомобили наших партнеров, стекаются в одно-единственное место, обозначенное, пусть так же символично, знаком «икс» на Ленинградском шоссе недалеко после съезда по «трешке», сразу после метро «Динамо». Видели? Так вот, точно такую же я сейчас держала в руках, отчаянно пытаясь определить место нашего расположения.
– Я в твоем районе бывал не часто, поэтому понятия не имею, куда нас выведет эта улочка… – проговаривал Ромка, аккуратно выруливая вдоль плотно припаркованных машин беззаботно спящих владельцев.
– Да я уж тем более, – глупо улыбнулась я и в знак признания своей беспомощности добавила: – Я ж все больше на метре катаюсь.
– А не пора бы оттуда выбираться? – ухмыльнулся он, посмотрев в мою сторону. – Хотя бы так, для разнообразия в пробочках постоять.
Я лишь пожала плечами в ответ: «Пора. Давно пора, Ромочка. Знать бы только как…»
Но я не знала. Проработав с восемнадцати лет администратором в спа-салоне, я вдруг поняла, что безудержно теряю свое время, упершись в потолок карьерного роста еще на первом году, после того как мне доверили оформление накладных прихода и расхода, и что ежедневный День сурка стер не только эмоциональные ощущения, но и улыбку на моем лице.
Но уходить не получалось. Где-то страшно было, где смысла не находилось суетиться что-то менять, чтоб спустя пару месяцев прийти к тому же. Да и финансовая стабильность какая-никакая не предполагала лишних движений. Хоть и жила я одна, и снимала комнату в общаге, все в той же после окончания универа, и питалась в основном йогуртами и плюшками, но и это все тоже требовало средств.
А потом в моей жизни появился Ромка. Нет, не в том смысле, который первым приходит в голову. Он не был тем сказочным принцем, который внезапно появился и купил мне новую жизнь, – я не верила в подобные сказки. Он был просто моим старым знакомым, старым настолько, что мы практически ничего друг о друге не знали, просто знали, что земляки, а это очень сближает в периметре чужого города. Так же и здесь.
А потом мы как-то разговорились. Просто по душам. Так редко иной раз получается отвлечься от суеты и погрузиться в свои ощущения и уж тем более с кем-то ими поделиться. А тут получилось, и как-то очень душевно.
А потом он пропал. И объявился спустя пару месяцев внезапным телефонным звонком и предложением встретиться, чтоб поговорить о чем-то очень важном. И мы поговорили.
Сегодня он заехал за мной ровно в одиннадцать, как и обговорил вчера вечером, приятный и улыбчивый, немного в волнении и несвойственной ему суете. И вот сейчас мы пытались вырулить из замудренных переулков Бауманского района. Неважно как и непонятно куда, но главное, чтоб не опоздать и приехать вовремя – ровно в 12:00.
