Как и обещала, Тис больше не выходила из дома. Дела в компании и своё общение с господином Мансуром она перевела в режим онлайн, просиживая за ноутбуком по несколько часов в день. Общалась с Седым, которого интересовало всё, что с ней происходит. Павел Ильич тоже не отставал от него и заставлял её отчитываться каждый вечер. Но самое главное, что обрадовало Тис, он по её просьбе нашёл Лилию — бывшую мачеху. Рассказал, что она так и не вышла замуж. Очень замкнута и живёт с дочкой, работает администратором в гостинице. Не ожидая, что женщина будет ей рада, после того, что видела при их последней встрече, Тис всё же позвонила. Лилия, вначале вела себя настороженно. Но раз за разом оттаивала, медленно впуская Тис в свою жизнь, рассказывая, что с ней приключилось за эти года. Чтобы отец и брат её не нашли, работала по документам своей соседки. Та, пока Лилия была на работе, сидела с её дочкой. Они договорились, что, когда Тис будет на родине, обязательно встретятся. Немного поразмыслив, Тис отправила к ней Седого, чтобы на месте посмотрел всё ли в порядке в жизни Лилии. Через пару недель почувствовала в разговоре с мужчиной, как неожиданно смягчились интонации его голоса, когда речь зашла о мачехе. Прислушавшись, улыбнулась, понимая, не ошиблась по поводу этой парочки. Она всегда хотела, чтобы Седой был счастлив, что пора ему своих детей заводить, а не нянчиться с ней уже совсем взрослой и самостоятельной. Седой насчёт детей был настроен скептически, напоминая о своих сорока годах. Тис не спорила. Намеренно отошла в тень, сознательно не вмешивалась в то, что происходило между двумя, так много значащими для неё, людьми. Хоть и с волнением, но ждала, верила, что у них всё получится. Однажды Седой, как бы случайно сам заговорил о Лилии. Признался, что пригласил её пожить вместе, спустя немного времени, позвонила Лилия и, расплакавшись, рассказала о своих чувствах к мужчине. Тис радовалась, что так удачно свела вместе этих двух взрослых людей, которые запретили себе любить и быть счастливыми, но встретившись, смогли посмотреть друг на друга и попробовать всё начать с начала.
Шейх на одной из встреч дал Амирхану понять, что Тис до сих пор ищут. Ищут очень тихо, скрыто. А вот зачем и почему никто не знал. Пробраться в окружение старого араба было невозможно, его никто и никогда не предавал, поэтому и информацию получить было неоткуда. Ничего не оставалось, как мириться с ситуацией и ждать, когда интерес к его женщине сойдёт на нет, поэтому Амирхан закрыл вход в свой дом всем без исключения друзьям и знакомым. За прислугой было установлено пристальное наблюдение. Без надобности никому не позволялось покидать дом.
«Какое прекрасное утро», — потянувшись, улыбнулась Тис, глядя в окно на благоухающий всеми красками сад. Она, одевшись в лёгкое, но закрытое платье, чтобы не смущать слуг и охрану, прошлась по знакомой дорожке, радуясь вновь распустившимся цветам. Дошла уже до беседки, как почувствовала еле уловимый необычный аромат. Тис словно пробовала его на вкус, потому что он казался ей нежным и в тоже время тягучим, как жидкая карамель, но с нотками свежести и прохлады. Этот запах не просто привлек её внимание, он манил, звал, заставлял идти ему на встречу, чтобы посмотреть на то чудо природы, которому он принадлежал. Тис, не задумываясь, устремилась вглубь сада. Когда шла, казалось, что деревья расступаются перед ней. Как будто впервые она с удивлением разглядывала их, нежно касалась ветвей и улыбалась.
Выйдя из-под кроны деревьев, образующих прохладный коридор из тени, Тис остановилась, как вкопанная. Перед ней среди розовых кустов возвышался на толстой ножке большой алый бутон. Не успев подумать о его размере, ахнула, не веря в происходящее. Прямо на её глазах развернулось настоящее чудо. Бутон в какое-то мгновение лопнул, и с краёв, постепенно уходя к центру, медленно начал распускаться, расправляя огромные алые лепестки. «Странное и необычное растение», — подумала Тис, — «и зрелище завораживает. Такое, наверное, можно увидеть раз в жизни». Глядя на оживший цветок, замерла, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть это чудо. Бутон, меняя краски от ярко алого до почти белого в центре, раскрывался перед глазами Тис во всей своей красе. Запах с каждой секундой становился такой насыщенный, что начала кружиться голова, но красота не отпускала взгляд, не давала оторваться от завораживающего действия. И тут за спиной Тис слышала тихий шёпот Замиры:
— Хорошая примета, госпожа. Ждёт вас радостная весть. Девочка, этот цветок просто так не показывается, по нашим поверьям он предвестник счастья. Он ведь сам позвал вас?
Тис молча кивнула. Теперь цветок, полностью раскрывшийся, замер, словно красуясь перед девушкой.
— Знаешь, Замира, для меня счастье — это Амирхан, правда я этого ему не говорила, — рассмеялась Тис. — Но есть то, от чего душа всё равно грустит и это никогда не позволит мне быть до конца счастливой.
