Что же касается твоих слов о том, что я не признал твоим братом Зийада[323], то ведь не я, а Посланник божий — да благословит его Аллах! — не признал его согласно слову Его: "Дитя принадлежит [супружескому] ложу, а блуднику — камень"[324]. И право же, за исключением этого, мне любезно все то, что радует тебя во всех твоих делах».

И мы привели этот рассказ в том виде, как он есть, только потому, что в нем имеются вопросы, в отношении которых возникают сомнения для всякого, кто поразмыслит над ними и пожелает найти из них выход. И надо полагать, что тот, кто сделает образцом [для себя] в этом 'Абдаллаха ибн ал-'Аббаса, при его знании, его благоразумии, родстве его с Посланником божиим, при том, как он держал себя среди смут, и при его умении сделать для себя выбор, и [кто] станет подражать его образу поведения и будет судить согласно его решению, — будет среди тех, которые достигают успеха.

Да, так! И после того изобилие [достоинств], знание и царство были среди потомков 'Али ибн 'Абдаллаха, который был младшим из детей Ибн ал-'Аббаса. И говорят, что он родился в утро того дня, когда был заколот повелитель верующих 'Али[325]. Он был наиболее совершенным из потомков ал-'Аббаса и наиболее примечательным из них. И его обычно называли ас-Саджжад ('Усердный молельщик')[326] из-за его большой набожности. /242а/ Ал-'Аббас ибн 'Абдаллах был старшим из детей 'Абдаллаха ибн ал-'Аббаса, и 'Абдаллах носил кунью по ал-'Аббасу; у него не было потомства. [Детьми] 'Абдаллаха ибн ал-'Аббаса также были: Мухаммад, ал-Фадл, 'Абд ар-Рахман, Лубаба и Асма'.

Рассказал 'Амир ибн Мас'уд[327]: «Сидели мы в собрании перед Ка'бой, как вдруг мимо нас прошел гонец, возвещая о смерти Му'авии[328]. Я сказал моим товарищам: "Пойдемте к Ибн 'Аббасу, — а он тогда был в Мекке и был уже слеп[329], — чтобы быть нам первыми, кто сообщит ему эту весть, и мы услышим то, что он скажет". Явились мы, попросили позволения войти, вошли и видим — перед ним стол, а хлеб еще не положен. Мы произнесли приветствие и сказали: "Дошла ли до тебя весть, о Абу-л-'Аббас?" Он спросил: "Какая?" Мы ответили: "Гонец сообщил о смерти Му'авии". Он сказал: "Убери стол, отрок!" — и долго оставался мрачным, опустив голову и не разговаривая. Потом сказал:

Заколебалась гора, затем склонилась со своим основанием в море — да не замутятся после нее моря!

Затем сказал: "Бойтесь Аллаха, о витязи Курайша, и не говорите: Ушло величие потомков Умайи!' Ушло, клянусь моей жизнью, клянусь Аллахом, их величие, но осталось то, что дольше ушедшего! Оставайтесь в своих жилищах и присягните! Пододвинь стол, отрок, ведь мы еще не завтракали!" И вдруг приходит к нему посланец эмира Мекки[330], говоря: "Эмир приглашает тебя присягнуть". А он ответил: "Что вам до человека, от которого ушло то, чего вы опасаетесь?[331] Скажи ему: "Кончи свои дела и, когда нетрудно будет прийти к тебе, я приду и сделаю то, что ты хочешь'". /242б/ Когда посланец вышел, мы сказали: "О Абу-л-'Аббас, неужели ты присягнешь Йазиду, — ведь он пьет вино?" А он ответил: "А где же то, что я вам только что сказал? — вы слушаете и не запоминаете! Скольким из тех, кто пьет вино, или еще худшим, [хотя и] не пьющим его, присягнете вы в том, чего они захотят, пока не будет распят «распятый из курайшитов»?"[332] Посланец [эмира] возвратился и сказал: "Тебе необходимо пойти к нему". Тогда он оделся, пошел к нему и присягнул, и мы присягнули вместе с ним».

Затем, когда приблизилась смерть 'Абдаллаха, он сделал завещание своему сыну 'Али. Он сказал ему: «Самое лучшее, что я тебе завещаю, — [это] страх божий, который является опорой этого дела, и им держится вера и земная жизнь. Знай также, сынок мой, что люди, кроме немногих, пребывают в слепоте относительно своего положения и бьют один другого из-за сей тленной жизни, о гибели которой уже возвестил им Аллах. Слышал я, как Посланник божий — да благословит его Аллах! — говорил твоему деду: "Эта власть будет в твоем потомстве, когда она удалится от Омейядов"; так пусть тот из них, кто будет править делом общины, страшится Аллаха и пусть поступает по истине и подражает Посланнику божию, ибо из людей наиболее достойный следовать ему — самый близкий из них к нему по родству[333]. И [знай] также: Хиджаз — не жилище для вас после меня. И когда ты похоронишь меня, собери свою семью и уходи в Сирию, ибо потомкам Умайи назначен удел, который им надлежит исполнить. Они, хотя и держатся своего заблуждения и гордыни своей, но вследствие родства между тобой и ими[334] более доброжелательны к тебе и твоей семье, нежели род аз-Зубайра. Остерегайся /243a/ движений потомков твоего дяди, 'Али ибн Абу Талиба — мир ему! — и накажи это своим детям, ибо движения потомков 'Али таковы, что тот, кто примет в них участие, будет убит».

Перейти на страницу:

Похожие книги