Веола!
Желаю удачного замужества!
Хочу сделать тебе подарок: несколько украшений. Они не особенно ценные, но с долгой историей. Браслет и кольца-серьги-цепочка изначально были из разных комплектов, но за долгие годы они сроднились. Надеюсь, они тебе понравятся, как и надпись на браслете.
Срок нашей службы подходил к концу. Мы вышли в предпоследний рейс, ещё не зная, что он окажется последним. Наша очередная система для патрулирования оказалась во фронтире на продолжении границы Аратана и Авара. Система оказалась не пустой – в ней находилась шахтёрская матка с Авара. Она не пряталась, да такую массу и не спрячешь толком. Завидев наш вход в систему, матка начала разгон для гиперпрыжка.
— Флот Аратана, глуши двигатель, судно к досмотру!
— Да пошел ты, — откликнулся аварец.
— Запуск малой ЭМ-торпеды, — распорядился я.
Шахтёр попытался перехватить нашу торпеду, но не сумел. Когда она взорвалась на щите, его двигатель как бы чихнул, но продолжил работать.
— Две малых ЭМ-торпеды, — скомандовал я.
Две торпеды тоже добрались до щита шахтёра. Двигатель у него отключился.
— Эй, на шахтёре. Приготовить судно к досмотру!
— Я расцениваю его как абордаж!
— Ну, расценивай. Хочешь абордаж – будет тебе абордаж.
На корвете я решил оставить Тами с Мирдом. В крайнем случае они смогут сами вернуться на базу. Со мной шли оширцы с автоматами, абордажными клинками и станнерами и дроид прорыва. Я вооружился абордажным копьем.
— Внимание! Приготовиться к маневру! Малые шахтёрские корабли начали опасное маневрирование!
Досмотр пришлось отложить. Я вернулся в рубку, Мин и Мяо – в передний отсек для запуска противоторпед. Шахтёрские катера пытались использовать против нас лазеры, но для нашего щита они оказались слабы. Тогда они начали пытаться нас таранить.
Пришлось с ними повоевать противоторпедами. Одна-две, в крайнем случае три, и они, кувыркаясь, начинали дрейфовать в космосе. Катера быстро кончились, но на всякий случай я решил оставить одного из оширцев на корвете – стрелять сможет и Тами, а вот заряжать катапульты больше некому.
— Мин, Мяо, решайте, кто пойдет со мной, а кто останется. Со мной – опаснее.
Наши абордажники переглянулись, затем Мин сказал:
— Мяо останется, с тобой пойду я.
В это время прорезался аварец:
— Эй, аратанец, пользуешься, что я тебя достать не могу!
— Сейчас я к тебе приду!
— Очень жду!
— Летную палубу открой, чтоб не пришлось шлюз выносить.
Летная палуба приглашающе открылась. Перед отправлением я всё же решил взять с собой Мяо в качестве пилота челнока, чтобы он нас высадил на летной палубе и сразу возвращался обратно. Велел ждать сообщений и следить за космосом, чтобы нас не прозевать – вдруг мы спрыгнем с шахтёра. Перед тем, как нас подобрать, точно убедиться, что мы – это мы.
Челнок завис перед летной палубой шахтёра и мы прыгнули – я, Мин и дроид прорыва. Когда челнок отошел, шлюз закрылся и мы оказались в темноте на чужом корабле. Впрочем, особой проблемой для меня это не было, общее строение шахтёрских маток я знал из изученных когда-то баз. Мощные фонари давали нужный нам свет.
— Смотри-ка, действительно пришёл, не испугался. Ну так я тебя сейчас убью. А потом захвачу твой корвет – пригодится, — услышал я на общей волне.
— Это вряд ли. Опознаться не сможешь. Если мы не вернёмся, мои жахнут по тебе, всем, чем только можно, и просто уйдут. А вот я тебя убью и заберу твой шахтёр как трофей, — ответил я ему.
Особой защиты на матке не оказалось. Атмосферы и гравитации тоже – аварский капитан к абордажу приготовился. Первым двигался дроид, я шел за ним, Мин был замыкающим.
— Аратанец, ты похоже – дурак. Я – Домир аль Сорд, был в первой тысяче мечников империи! Так что спрыгивай и радуйся, что я тебя отпускаю.
— А я – Лис, старшина, предпочитаю копье. Можешь просто сдаться. Освободишь рабов, доставишь их в Аратан и будешь свободен!
Редкие турели я провоцировал с помощью дроида и с помощью дроида же и уничтожал.
— Да ты юморист, я не буду тебя убивать, я тебя кастрирую и продам в публичный дом.
— Лучше сообщи, что сделать с твоим трупом – в утилизатор, или родне передать?
— Ничего с ним не делай – реактор взорвётся и нас всех похоронит.
Когда мы подходили к центру корабля, гравитация и свет включились. Мин несильно шлепнулся о переборку, ставшую полом, я оказался более удачлив и, крутанувшись, остался на ногах. Сильнее всех в пол врезался дроид, но он крепкий, так что кроме большого бума ничего не случилось. Капитан оказался на площадке между капсул рубки и реактора. За ним стояло два человека в абордажных скафандрах.
— Если уж так спешишь умереть – давай устроим дуэль один на один, — произнес аварец. — Только прикажи, когда я тебя убью, чтоб твои меня в покое оставили.
