В апреле 2004 года американский канал СВС показал скандальный сюжет о пытках заключённых тюрьмы Абу-Грейб, в которой содержали иракцев, обвиняющихся в совершении преступлений против сил западной коалиции. Печально известная как центр пыток Саддама Хуссейна тюрьма, сменив хозяина, не сменила свое предназначение. Фотографии, показанные в сюжете, опубликовал журнал New Yorker. Снимки вызвали настоящий шок. Военнослужащие Сабрина Харман, Чарльз Греннер и Линди Ингланд позировали на фоне избитых, связанных, раздетых заключенных в унизительных позах. Во время дальнейшего расследования вскрылось, что пленных насиловали, пытали током, травили собаками, подвешивали со связанными руками. Линди Ингланд показала, что делать подобные снимки ее заставляли старшие по званию, очевидно, для того чтобы использовать их потом как инструмент устрашения. Как минимум один заключенный, Манадель аль Джамади, умер после полученных побоев. Айвен «Чип» Фредерик, один из сотрудников тюрьмы, говорил позднее, что у него «возникли вопросы, когда он увидел некоторые вещи, например, то, что заключенных оставляли в камере без одежды или в женских трусах, приковывали их наручниками к двери камеры». «Я начал задавать вопросы, и ответ, который я получил, был таков: 'Военная разведка хочет, чтобы это делалось так», — сказал Фредерик.
В соответствии с 14-й статьей Женевской конвенции военнопленные имеют право на уважение их чести и достоинства, а статья 13-я гласит, что они должны быть защищены от актов насилия, запугивания, оскорблений. И Америка подписала эту конвенцию.
Можно было бы решить, что беспредел, творившийся в тюрьме Абу-Грейб, — это единичный случай, следствие садистских наклонностей отдельных надзирателей и попустительства их начальства. Однако в 2006 году Международная организация по защите прав человека Human Rights Watch опубликовала дополнительное расследование, из которого следовало, что пытки и издевательства практиковались и в других тюрьмах на территории Ирака. В лагере Кэмп-Нама заключенных раздевали, не давали спать, пытали холодом и избивали. На базе «Тигр» узников более суток держали без воды и пищи, помещали в экстремально жаркие условия, избивали на допросах. Как сказано в докладе, все это было устоявшейся системой обращения с заключенными, «стандартной рабочей процедурой» и поощрялось командованием.
Замок Орлик.
Понимая, что, если я и найду оружие мне будет негде спрятать его. На допрос я пойду без одежды. Совсем голым. Но всё равно я обшарил свою темницу в поисках любого предмета, который можно использовать в качестве оружия. Но поиски были безрезультатные. Ни гвоздя, ни стекла — нечего и камней тоже не было. Так прошло три дня. Затем меня вытащили в коридор и сорвали последнее что было на мне. И потащили меня наверх.
И вот комната для допросов. Небольшой зал метров сорок квадратных. С одной стороны, два стола. Для следователя побольше и стул поудобнее и стол для писаря, который будет записывать ответы. Напротив этих столов у противоположной стены и мое место и рядом очаг или камин и греется железная кочерга, для стимулирования моей откровенности.
Стою и слушаю, что мне рассказывают. Стандартный текст — покайтесь и расскажите о своей противоправной связи с нечистым. Интересно есть ли связь с нечистым не противоправная. Нервы. Понимаю, что моя жизнь практически закончена. Меня сожгут без вариантов и тут слышу, что я не смогу спокойно умереть. Меня будут пытать пока я не умру.
Один из свидетелей видел у меня ценные бумаги Голландской индейской компании и теперь эти бумаги резко взлетели в цене. Можно сказать переплюнули рост акций Илона Маска.
Надо, же. Мои следователи уже и вычислили сколько мне по тем бумагам причитается. Двенадцать миллионов флоринов. И бумаги всё растут в цене. Удалось вернуться всем кораблям из Индии и товар довезли и теперь скоро аукцион. На торгах будут продавать. И двенадцать миллионов — это так если сбрасывать акции без торгов.
И следователь кидает мне наживку. Отдам свои бумаги и паи, и Император меня помилует.
Следователь, наверное, совсем идиот. Но скорее меня считает идиотом. Но это мнение о моих умственных способностях заслуженно мной полностью. Так купиться и самому притащить четверть миллиона и попасть в камеру. Ну и кто я после такого, конечно, идиот. Ладно пусть радуются.
Бумаги они не нашли. Да и не могли найти. Я эти бумаги прикопал ещё по дороге в замок. Ещё до появления идеи за деньги купить себе еще титул и земли. Ладно пока хватит об этом думать. Надо найти способ и сбежать. Сбежать я смогу только до начала пытки. Затем руки вывернут на дыбе и никуда с вывернутыми руками не убегу. Значит побег возможен только до начала пытки.
Схема допроса следующая.
