В тот вечер он опять напился до беспамятства. Не только в ресторанчике, но и во всей округе не осталось ни одного человека, за чьё здоровье он не провозгласил бы тост. Кто бы ни заглянул, подзывал к себе и, пока тот не пропустит с ним по рюмочке, не отвязывался. И теперь он стоял, покачиваясь на улице, размышлял, как бы добраться домой. Ни трамвай, ни маршрутное такси туда не ходили. Надо было тащиться на своих двоих.
AnnotationВ тот вечер он опять напился до беспамятства. Не только в ресторанчике, но и во всей округе не осталось ни одного человека, за чьё здоровье он не провозгласил бы тост. Кто бы ни заглянул, подзывал к себе и, пока тот не пропустит с ним по рюмочке, не отвязывался. И теперь он стоял, покачиваясь на улице, размышлял, как бы добраться домой. Ни трамвай, ни маршрутное такси туда не ходили. Надо было тащиться на своих двоих.
Рифат Ылгаз
Арбуз // Сатира и юмор Турции: Сборник: Пер.с тур./Сост.и послеслов. Т.Мельникова. – М.: Радуга, 1991 – с.49-52
В тот вечер он опять напился до беспамятства. Не только в ресторанчике, но и во всей округе не осталось ни одного человека, за чьё здоровье он не провозгласил бы тост. Кто бы ни заглянул, подзывал к себе и, пока тот не пропустит с ним по рюмочке, не отвязывался.
И теперь он стоял, покачиваясь на улице, размышлял, как бы добраться домой. Ни трамвай, ни маршрутное такси туда не ходили. Надо было тащиться на своих двоих.
Первый подъем перед махалле он одолел легко, так сказать – на полном газу. Но на втором подъёме стал пробуксовывать. Ноги заплетались: одна в одну сторону тянет, другая – в другую. Подобные зигзаги, естественно, не укорачивали путь. Внезапно споткнувшись, он чуть было не шмякнулся на дорогу, но в последнюю секунду успел ухватиться за придорожный столб. Для того, видно, и поставили этот столб, чтобы за него держаться.
Немного поодаль, через дорогу, он увидел ровную лужайку. Там можно было поваляться, передохнуть. Идти оставалось ещё порядочно. Но главное было перевалить через холм. Он отпустил столб, с трудом обрёл равновесие и, пошатываясь, направился к лужайке. Только он хотел было прилечь, как его окликнули:
- Осторожно, землячок. Не наступи на меня.
Приглядевшись, он заметил человека, который сидел перед ним на циновке.
- Ты кто будешь?
- Продавец арбузов.
- Продавец арбузов?!
Пьяный остановился перед большой грудой полосатых шаров и уставился на них, как будто выбирал подходящий.
- Так это твой товар?
Только тут продавец наконец смекнул, с кем имеет дело.
- Чей же ещё?
Ночь выдалась на редкость жаркая, душная, и пьяного давно уже мучала сильная жажда.
- Дай-ка мне арбуз. Только получше.
Продавец протянул ему большой арбуз.
- На, реи.
Он взял арбуз в руки. Стиснул его с двух сторон, покачал, как бы взвешивая, и отдал обратно.
- Всучи его какому-нибудь недотёпе, а мне дай другой.
Осмотрев второй арбуз, он сказал одобрительно:
- Вот, этот спелый.
Разумеется, не накачайся так сильно, он ни за что бы не стал нахваливать арбуз. Воспользовавшись его оплошностью, продавец содрал с него лишних пол-лиры.
«Сейчас приду домой, - радостно предвкушая пьяный, - и сразу арбуз – на две половины. Одну половину съем сразу же, другую оставлю на утро. Проснусь, а она лежит холодненькая-холодненькая!»
Крепко обняв арбуз, он почувствовал неожиданный прилив сил.
Дорога пошла под уклон. Идти стало полегче, арбуз уже не казался таким неподъёмно тяжёлым. Ноги, однако, не справлялись с ускоренным темпом ходьбы. Он все сильнее раскачивался. И вдруг арбуз выскользнул у него из рук и упал наземь. Но так удачно, что даже не разбился. Он нагнулся, чтобы его подобрать, но арбуз покатился вниз. Казалось, поймать его – дело пустячное. Но в самый последний мир, когда он уже протягивал руки, чтобы схватить арбуз, тот ускорил свой бег. Так неудачно кончались все его попытки. Спьяну не то что поймать беглеца, даже нагнуться было трудно. Оставалось только обогнать арбуз и плюхнуться перед ним. Так, пьяный и поступил, но арбуз с ходу перескочил через него и покатился дальше. Он проводил его взглядом, полным отчаяния и злобы. Когда ему удалось наконец подняться, беглец уже скрылся за углом.
Пьяный, хоть и был весь в пыли, отряхиваться не стал, ринулся вдогонку. Но когда он завернул за угол, беглеца уже и след простыл.
Несколько мгновений он продолжал ещё по инерции бежать, затем остановился.
Навстречу ему шёл прилично одетый прохожий.
- Вы его случайно не видели? Он бежал вниз.
- Куда, ты говоришь, бежал?
- Вниз, в ту сторону.
- Кто бежал?
- Да арбуз же.
- Арбуз:
- Ну да. Вы его не видели?
Прохожий пристально его рассматривал. Взгляд его задержался на пыльной рубашке. Он явно заподозрил что-то неладное.
- Вы должны были его видеть. Он только что повернул за угол. В ту сторону бежал.
- Кто бежал?
- Да арбуз же. Здоровенный такой. Я за него три с половиной лиры отвалил. Вы должны были его видеть.
Прохожий наконец сообразил, что перед ним не помешанный, а просто пьяный.
- Видел я твой арбуз, - соврал он, чтобы отвязаться от назойливых расспросов, - он катился к асфальтовому шоссе.
- К шоссе, говорите? Спасибо.
Он уже не мог бежать, только торопливо ковылял, ища глазами, у кого бы справиться о судьбе так неожиданно исчезнувшего беглеца.
Заслышав в темноте шаги, пьяный повернул в ту сторону, откуда они доносились. Перед ним маячил другой пьяный.
- Здравствуй!
- Здравствуй! – позёвывая, ответил встречный.
- Ты его не видел там внизу?
- В такое время на улицах никого не бывает. А кого я должен был видеть?
- Арбуз.
- Арбуз?
