Старое имя ненадолго его отрезвляет, Джонни отклоняется, позволяет вздохнуть. Ви беспомощно щурит мокрые глаза, смаргивая выступившие слезы, неловко мотает головой. Перед ней привычно высказывает предупреждение о нестабильности биочипа, мир плывет синими помехами, а в горле собирается хлюпающая кровь, и она чувствует, что захлебывается…
Мир ненадолго наебывается, а потом Ви приходит в себя лежащей на полу в луже крови. Джонни что-то мельтешит рядом, дергает ее, но Ви неловко отмахивается. Чертов мертвяк… Надрывно орет кот.
В ванной Ви долго отмывает лицо от стремных потеков крови, параллельно размышляя, чем бы пол быстро протереть, пока не присохло, а потом наталкивается на взгляд Джонни, суровый и тяжелый.
— Ну, доигрался? — бросает она.
— Ви, тупая ты дура, я не хочу умирать, — устало хрипит он, сыплет воображаемый пепел на кафель. — Очень не хочу, чтобы ты сдохла. Поверь, это неприятно. Ты, конечно, умирала, тест-драйв, так сказать, но я знаю, каково оно по-настоящему…
— Я тоже не хочу…
— И какого хуя сегодня было, а?! — взрывается он. — Когда же ты поймешь, что я читаю твои мысли? Ты хоть подумала, что это значит? Ладно мы, но твои друзья, блядь? Джуди? Или тебе передался от меня мудачизм и ты решила свалить на тот свет, чтобы сделать девчонке побольнее? — рычит он. Трет лицо ладонью. — Бля, не знаю, почему я убеждаю тебя жить.
— Джонни, я… — Ви поворачивается, опирается на раковину спиной. Хоть какая-то устойчивость. — Я правда об этом думала. Что, если выхода нет? — в отчаянии спрашивает она. — Мне страшно, и иногда выстрел кажется не такой плохой альтернативой адской боли…
Странно, но Джонни ничего не высказывает насчет этой версии. Как будто понимает. Хотя и очень не хочет принять. Но глаза у него мертвые, тусклые, и Ви передергивает аж от осознания, что он все-таки боится.
— Мне захотелось испытать судьбу, — признает Ви. — Крутануть колесо Фортуны, понимаешь? Посмотреть, суждено мне жить или умереть. А раз повезло, то, наверное, еще не все потеряно, и я могу продолжать бороться.
Джонни смотрит на нее с немым подозрением; она буквально слышит его вопрос: эй, Ви, ты совсем ебанулась? Наслушалась бредней от своей подружки-ведьмы и тоже уверовала во все эти мистические знаки? Он презрительно фыркает.
— В следующий раз, как решишь узнать, что там во мраке грядущего, — кривляется он, играет голосом, — лучше обращайся к картам, оно так же тупо и бессмысленно, как и безопасно.
Чуть успокоенный, Джонни взглядом благословляет Ви, когда она достает из угла тряпку, плюхает ее в раковину, чтобы намокла, и идет убираться, прихватив с собой ведро. Киберпанк, блядь. Кровь от пола оттирать приходится вот так, по-старинке. Джонни таскается за ней, и жаль, что его нельзя припахать к уборке.
— Просто, знаешь, мне-то самому не фартило, — поясняет Джонни. Садится на кровать, манит к себе кота, и тот послушно запрыгивает и устраивается рядом, в очередной раз заставляя Ви поежиться. Это не может быть совпадением, усатый точно видит призраков. — Сама посуди, — продолжает Джонни, — я попал на войну, чуть не сдох, чтобы вырваться в этот ебаный город, потерять все и попасть в тюрьму для душ — да такое даже в кошмарном сне не приснится.
— Сегодня нам повезло, — говорит Ви. — Вот и все, о чем нужно думать. Я могла застрелиться. Могла сдохнуть от приступа. Но это не произошло, и надо двигаться дальше, как ты и хотел.
— У тебя приступы какого-то стремного фатализма, — говорит Джонни, указывая на нее сигаретой. — Ты готова смириться. А смирение есть смерть, Ви, причем одна из самых хуевых. Я бы никогда не смог…
— Даже если бы превращался в не пойми что?
— Ну спасибо! — рычит Джонни, но уже без злости. Ненадолго его голос становится успокаивающим, почти ласковым. — Ви, потерпи. Еще немного — и мы будем свободны.
— Или мертвы, — пессимистично заканчивает Ви, выжимая тряпку.
— Или ты прекратишь ныть и будешь делать, как мы планировали! — ворчит Джонни. — И перестанешь тыкать себе в висок револьверами. Ви, обещай, что ты не закончишь вот так! Поклянись, блядь! Пожалуйста.
Она дергается от последнего его слова, будто по ней бьет разряд. Джонни волнуется. Не за себя даже, ему-то что, его уже почти нет, так, поток данных, запись на флешке. Но ему не хочется, чтобы Ви умерла, по своей воле или чужой.
И почему-то она обещает.
========== 11; сила ==========
Комментарий к 11; сила
сюжетная арка Панам
на карте обычно изображают женщину, разрывающую пасть льву; женское начало, энергия, уверенность в себе, храбрость
— Пиздатая баба Панам, — бесцеремонно заявляет Джонни. — Я бы ее трахнул.
— М-м, знаешь, по опыту общения с ней, — протягивает Ви, падая на какую-то не слишком уютную, но чистую лежанку в палатке, которую ей отвели Альдекальдо, — это она тебя трахнет, мой дорогой воображаемый друг. И вообще, бля, Джонни, подбери слюни. Это невежливо.
