Каэлион работал над своим проектом много лет. Он называл его "Чёрный меч Каэлион". Почему "чёрный"? Потому что металл, который он использовал, был настолько тёмным, что казался почти невидимым. А ещё потому, что этот меч должен был стать символом силы, которая не знает границ.
Кузнец проводил дни и ночи в своей мастерской, окруженный горящими угольями и сталью. Он экспериментировал с различными материалами, добавляя в металл странные ингредиенты: пыль с крыльев феникса, слёзы единорога, даже кусочки метеорита. Но самым важным элементом был... его собственный дух.
— Чтобы создать меч с волей, нужно отдать часть себя, — говорил он своим ученикам. — Только тогда он станет живым.
И вот однажды, в одну из ночей, когда луна была полной, а звёзды казались особенно яркими, Каэлион завершил свой шедевр. Он положил раскалённый меч на наковальню и начал вырезать на нём руны, которые должны были стать ключом к его силе.
Та ночь запомнилась всем, кто её пережил. Небо над Стальгардом было ясным, усыпанным звёздами, словно само мироздание хотело быть свидетелем того, что должно было произойти. Каэлион работал в одиночестве, окружённый только тенями своей мастерской. Его глаза горели лихорадочным блеском, а руки двигались с точностью, которая могла бы вызвать зависть даже у самых искусных ремесленников.
Он закончил последний штрих, вырезая на лезвии меча древние руны, которые должны были пробудить его волю. Металл был ещё раскалённым, и его красное свечение отражалось в глазах кузнеца. Но внезапно воздух стал тяжёлым, будто сама природа задержала дыхание. Облака начали собираться над деревней, и их серебристый блеск сменился тёмно-фиолетовым сиянием.
— Что происходит? — прошептал Каэлион, чувствуя, как волосы на его руках встают дыбом.
Из облаков появились они — ангелы. Их крылья были огромными, словно паруса кораблей, а лица скрывались за масками из света. Они спускались медленно, но уверенно, словно судьи, пришедшие вынести приговор.
— Ты нарушил баланс, — прогремел голос одного из них. Он был настолько громким, что стены мастерской задрожали, а угли в печи вспыхнули ярче.
Каэлион шагнул вперёд, держа меч в руках.
— Я создал это для защиты! Для людей!
— Люди не должны иметь такую силу, — ответил ангел, его голос был холодным, как ледник. — Она принадлежит только нам.
Каэлион понял, что разговор бесполезен. Он сжал меч крепче, готовясь защищаться. Но ангелы не стали медлить. Первый из них взмахнул рукой, и в воздухе появился клинок из чистого света. Он был таким ярким, что на него невозможно было смотреть без боли в глазах.
— Уничтожьте его, — приказал ангел, и его воины бросились в атаку.
Бой начался стремительно. Каэлион был искусным бойцом, но противостоять целой армии ангелов он не мог. Каждый их удар был подобен удару молнии, а их клинки рассекали воздух с такой скоростью, что оставляли за собой следы света.
Кузнец отступал, используя меч как щит. Лезвие уже начало меняться: его поверхность стала темнее, а руны, которые он вырезал, начали светиться тусклым красным светом.
— Что ты сделал? — спросил один из ангелов, заметив изменения.
— Это мой дар человечеству, — ответил Каэлион, хотя его голос уже дрожал от усталости.
Ангелы усилили атаку. Один из них нанёс удар, который заставил Каэлиона упасть на колени. Его кровь капнула на раскалённое лезвие меча, и произошло нечто невероятное: металл словно впитал её, а затем начал светиться ярче.
— Нет! — закричал ангел, осознавая, что происходит.
На лезвии проступили новые руны, более сложные и древние, чем те, что Каэлион вырезал. Они пульсировали, будто живые, и распространяли вокруг себя волну тьмы, которая заставила ангелов отступить.
— Уничтожьте это место! — закричал их предводитель, его голос был полон ярости.
Ангелы не стали медлить. Они поднялись в небо, и их крылья начали излучать ослепительный свет. Затем они спустились вниз, направляя потоки энергии на деревню.
Первыми загорелись дома на окраине. Пламя распространялось с невероятной скоростью, пожирая всё на своём пути. Крики людей раздавались повсюду, но никто не мог остановить катастрофу.
Каэлион, истекая кровью, наблюдал за этим сцены с ужасом.
— Нет... — прошептал он, пытаясь подняться.
Но было уже поздно. Деревня горела, а люди бежали в лес, пытаясь спастись. Среди них были дети, которые уносили с собой последние кусочки знаний, переданных им старшими.
— Живите... — прошептал Каэлион, прежде чем упасть на землю.
Его тело осталось лежать рядом с мечом, который теперь светился тёмным светом. Ангелы улетели, оставив после себя лишь пепел и разруху.
Когда пламя наконец угасло, от Стальгарда остались только руины. Большая часть кузнецов погибла, а те, кто выжил, разбрелись по миру, унося с собой лишь фрагменты знаний. Искусство создания оружия с собственной волей было утрачено, а меч Каэлиона исчез.
Но история о нём продолжала жить. Говорили, что меч обладает силой, способной уничтожить как свет, так и тьму. И что однажды он найдёт нового хозяина.