«Черный» молча извлек из кармана вороненый пистолет — небольшой, напоминающий обычную игрушку — и, не говоря ни слова, выстрелил в Эмму Сергеевну. Женщину отбросило на прибитые к стене полочки с цветами — предмет ее гордости и неустанной заботы. Вниз посыпались горшки, блюдца, и среди всего этого разгрома, чуть подергавшись, замерла женщина с пробитой навылет головой.
Затем убийца неторопливо повернулся к вжавшемуся в кресло Максу, побелевшему, с вытаращенными глазами и прилипшим к внезапно пересохшему нёбу языком.
— Александр Трошин. Где. Отвечай:
Губы дрожали, язык никак не хотел правильно издавать звуки, но постепенно способность говорить вернулась. Максим, заикаясь и путаясь, ответил на все заданные вопросы — куда и когда улетел Трошин, в каком отеле остановился, когда и каким рейсом будет возвращаться. Он просто горел желанием выложить все, любые подробности, любые детали в слабой надежде, что его оставят в живых.
Только когда бандиты собрались уходить, Макс взглянул в дуло направленного ему в голову пистолета и пожалел о своей словоохотливости. Он понял, что крупно подставил Сашку и его жену. И даже мысленно попросил у них прощения. Еще он пожалел, что не взял отпуск, хотя шеф предлагал и Эмма советовала не тянуть резину — все равно летом не дадут.
А больше он ни о чем подумать не успел…
С утра все начиналось вроде бы как обычно. Солнце традиционно жарило, ветер если и дул, то где-то далеко от Хургады. Благодатный край — по крайней мере, для туристов. Это вам не Европа, где две недели поездки вполне могут обернуться двумя неделями дождей, а то и потопом. В последние годы погода вообще перестала уважать людей, обрушивая на них одно стихийное бедствие за другим. Но только не здесь. В Хургаде, по статистике, на год приходится 3-4 дождливых дня, но статистика — на то и наука, чтобы нагло врать с честным выражением лица. Глядя на эту жару, на море, для которого выражение «вода — как парное молоко» было слишком мягким, Саша вообще сомневался, что здесь могут идти дожди.
Только вчера они вернулись из поездки в Каир. Ночи оказалось достаточно, чтобы вернуть себе хорошее настроение, порядком подпорченное экскурсией. Дорога была довольно тяжелой: десять часов в автобусе, пусть и оборудованном кондиционером, — удовольствие ниже среднего. И сам Каир не произвел того впечатления, какое ожидалось— пирамиды, сфинкс, руины… К тому же сфинкс был забран в леса и выглядел как-то слишком уж заурядно. Ну, а отель, в который их поселили на ночлег, оказался самым натуральным пятнадцатиэтажным сараем — с драным постельным бельем, нищей кухней и откормленными тараканами размером с кошку, один вид которых наводил ужас.
Поэтому большая часть группы, купившаяся на идею сфотографироваться рядом с пирамидой Хеопса, была разочарована и свое разочарование переносила, естественно, на ближайший доступный объект, каковым оказалась ни в чем, в общем-то, не виноватая девушка-гид. И только в стенах своего сияющего чистотой отеля, отведав отменного ужина, где не приходилось ограничивать себя из-за того, что может не хватить другим, народ стал постепенно отходить и опять впадать в блаженное состояние разомлевшего на солнце курортника.
Сегодня намечался долгожданный выезд на коралловые рифы. Долгожданный — потому что проводить это мероприятие в самом начале отдыха просто вредно для здоровья: шкура облезет. Ехала почти вся группа, но Саша, Леночка и как приклеенный к ним Дан решили поступить по-своему.
Вообще-то, процесс выглядел примерно следующим образом. Не менее двух, а то и трех десятков яхт собирались в определенном месте у коралловых рифов и дружно вываливали в прозрачную воду свой шумный, разноязыкий груз. Народ весело бултыхался в море, разглядывая диковинных рыб и разноцветные кораллы, лихорадочно пытаясь уловить момент, когда инструктор будет смотреть в другую сторону, чтобы отломить один из них на память. Как результат — изрезанные и дико горящие от соленой воды руки, а то и ожоги — кораллы тоже пытались защищаться от нашествия варваров с севера. Впрочем, ожоги от кораллов — пустяк. А вот несколько часов спиной вверх, да на солнышке… После этого белесые россияне становились похожими на свежеотваренных раков. Никто, конечно, не жаловался: зрелище наполненного жизнью и красками подводного мира стоило многих жертв.
Короче, все выглядело в достаточной мере красиво, весело… Но толпа раздражала и Сашу, и Леночку. Причем Сашу — в гораздо большей мере. Поэтому они решили нанять яхту — это было не так уж дорого — и. уплыть на ней с самого утра куда-нибудь к островку, где они будут одни. А там уж вволю понырять, поплавать, опуститься с аквалангом к подножию рифа — то есть вовсю насладиться экзотикой вдалеке от толпы. Отплытие было назначено на девять часов утра. Странно, но Дан почему-то был против этой поездки, утверждая, что с группой веселее. Увял он только после того, как Трошин предложил ему с остальной толпой и ехать.
