-Можешь развлечься на досуге, когда будешь отсчитывать свой процент комиссии, - усмехнулась Акелис, пинком закрывая крышку сундучка. Направилась к девушке, что спокойно смотрела на нее своими золотистыми глазами. – Мы можем ее забрать прямо сейчас? Бумаги хозяин подпишет, какие нужно.
-Бумаг нет, - развел руками в притворном извинении Кеннар. – Девушка не была рабыней до сего дня.
-Как обычно, - отмахнулась Ивиайи. Девушка-подросток ухватила Сароссу за руку и утянула за собой. – Идем.
-Кеннар, она наш язык понимает? – Акелис немного задержалась на помосте, наблюдая за двоюродным братишкой.
-Вполне, - парень пыхтел над сундучком, пытаясь поднять тот на руки. Весил он прилично, будучи драгоценным сам по себе. А его сестренка так спокойно дотащила сюда. Умеет удивлять, ничего не скажешь. – Луна говорит, что это человек. Странная, непривычная. Но на вкус и цвет. Вон, даже Хари-Хану понравилась. Или он просто купил себе необычную зверушку?
-Услышит хозяин, даст по шее, - сверкнули изумрудные глаза гневно.
-Ладно-ладно, не кипятись. Слушай, ты мне не поможешь? Я этот сундук с трудом поднимаю.
-Нет уж, развлекайся сам, - фыркнула Акелис, решив хоть так отомстить за грубые слова. – Передавай Шейху, что Хозяин дал добро. Мы будем ждать его на закате на арене.
-Вот всегда ты так, - недовольно пробурчал Кеннар, воюя с сундуком, который едва сумел поднять. – Нет, чтобы помочь, она еще выговаривает. Ох уж, эти женщины. Шутки от них отскакивают, как горох от стенки. Тут поневоле начинаешь сомневаться в общем предке.
Акелис уже не слушала невнятное бормотание за спиной, поспешила следом за подругой. Было очень интересно узнать побольше об этой странной девушке, которую купил их хозяин. Ведь дураку понятно, что она не так проста.
Обнаружила пару Акелис там, где и ожидала. В их с Ивиайи комнатах. Вообще, это можно было бы смело называть отдельным домом внутри дворца. Здесь была огромная круглая зала, украшенная искусной люстрой в центре. Прямо под ней стоял деревянный круглый стол в окружении резных стульев со спинками. В нише у стены расположился уютный камин, небольшой. В нем редко горел огонь, только иногда по вечерам, когда на улице бушевала непогода, дул сильный холодный ветер, здесь разгоралось пламя. Вместе с хозяином или просто так после душа нравилось валяться перед ним на пушистой шкуре что ей, что Ивиайи.
Из зала вела витая лестница наверх. Там располагались комнаты для отдыха, уборочные и гардеробные. Под лестницей дверь, за ней спуск в небольшой погребок, где хранились разнообразные напитки. Еще одна дверь вела из зала на балкон. Любой, кто выходил на него, тут же оказывался на уютной небольшой площадке, увитой вьюном. Внизу ревело море, слепо натыкаясь на скалы. Балкон выгодно отличался тем, что увидеть его с любой другой точки острова возможным не представлялось. Некая бухточка спокойствия и одиночества, если надоедает чье-то внимание и хочется уединиться.
Последняя дверь, не считая входной, вела в небольшой тренировочный зал. Он был разделен на две части. Первая представляла собой тренировочную площадку. Что-то вроде полосы препятствий. Вторая щедро усыпана песком и предназначалась для простых тренировок с оружием. Последнее украшало стены, подставляя блестящие рукояти любому желающему.
-Ты проголодалась? – Ивиайи пыталась узнать у новоприобретенной рабыни о ее самочувствии. Пара в нерешительности замерла у лестницы. – Или вначале все-таки примешь душ? А то вся грязная. И переодеться, наверное, стоит. О, Акелис, ты уже обрадовала братишку на счет сегодняшнего вечера? Как думаешь, с чего стоит начать?
-Для начала можно было бы просто представиться, - улыбнулась Акелис тепло, подошла к подножию лестницы, где остановились девушки. Поймала взгляд золотистых глаз. Спокойный, даже в чем-то равнодушный. Какой-то потерянный. – Меня зовут Акелис. А это Ивиайи. Мы принадлежим одному хозяину.
-На вас нет ошейников, - как-то отрешенно заметила Саросса. И впрямь – никаких знакомых атрибутов рабства.
-Знание о том, кто ты, важнее, чем ошейники или браслеты, - отозвалась Акелис. – Мы это понимаем, хозяин тоже. Поэтому не видит в них необходимости.
-Значит, вы свободны? – не сообразила Саросса.
-Нет. Мы – такие же рабыни, как ты. Просто хозяин снял с нас ошейники, поскольку мы никуда от него убегать не собираемся. И невозможно это. Покинуть остров без его разрешения нельзя.
-Понятно, - потерянный взгляд опустился на пол. – Я не голодна.
Саросса подняла руку ладонью вверх. Пальцы сжали воздух, взгляд отвели в сторону. Она не могла призвать свой посох, не могла почувствовать его. Виной ли тому этот проклятый туман? Это странное место?
-Когда ты ела последний раз? – на всякий случай уточнила Ивиайи.
-Не помню, - честно призналась Саросса. – Чтобы жить, мне еда вовсе не обязательна. Из-за ее нехватки возникает лишь неприятное чувство голода, и все. Но сейчас я не хочу есть.
