-Но мне понравилось то, что я увидел, - прозвучало признание сбоку. Саросса некоторое время смотрела перед собой, пока не решилась повернуть голову. Остолист смотрел на нее и взгляда не отвел. В правдивость его слов было трудно поверить. – Когда среди листвы в свете звезд и отблесках голубого пламени Ксонуса возникла ты. Такая хрупкая, такая неземная, такая прекрасная и юная. С тех пор я никак не могу забыть, как мерцали твои глаза, твоего взгляда. Словно два драгоценных камня. Твою улыбку, от которой мир становился светлее. Ты так сияла, что я неосмотрительно потерял голову. Никогда в жизни не видел создания прелестнее. Словно цветок, распустившийся посреди снегов, и оттого еще более очаровательный.
Остолист замолчал. Взгляд с девушки, замершей от откровенных слов мастера, перевели на Арену, где битва не остывала ни на минуту. Чемпионы умирали от рук друг друга, возвращаясь к жизни в водах фонтана, и с новыми силами и азартом устремлялись на центральную дорожку. Отсюда было ничего не слышно, но яростные крики и звон оружия буквально звучали в ушах невольных зрителей.
-Я всего лишь старый дурак, - прозвучало удивительное признание. Саросса в свою очередь боялась и рта открыть, вдобавок она не понимала, что происходит. Она спит, и ей это все снится? – Мне следовало прислушаться к сердцу, но к тому времени я успел позабыть, что оно у меня есть. И когда Арвэк отнесся к тебе с предосторожностью, я решил последовать его примеру. Чем нанес тебе очередное оскорбление. Ты помогла мне, а я так отплатил тебе.
-Вы позволили мне провести ночь в вашем доме.
-Сарае, - прозвучал горестный вздох.
-Это неважно, - Саросса сделала робкий шаг к Остолисту. Теплые тонкие пальцы коснулись мужской руки. Остолист едва заметно вздрогнул и вернул внимание обратно с Арены девушке. Та стояла совсем близко, с тревогой смотрела в его лицо. – Вы позволили мне провести ночь в вашем доме, не выгнали на улицу, как поступили бы многие на вашем месте. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Вам действительно не за что просить прощения, мастер.
Два взгляда встретились и долго не отрывались друг от друга. Остолист поднял свободную руку, вторую неосознанно продолжала удерживать девушка в своих лапках, и прикоснулся к чужой щеке. Осторожно провел по бархатистой коже.
-Ты такая очаровательная, - как-то невесело усмехнулся он. Саросса различила в его словах горечь, но не могла понять, отчего она, пока Остолист не продолжил. – Но такая юная. Был бы я моложе лет на пятнадцать, возможно, ничего этого бы не произошло. Прости, Саросса. Мне действительно очень стыдно за то, как я поступил с тобой.
-Я не злюсь на вас, - упрямо повторила девушка. – И я вовсе не такая юная, как вам кажется. Вы же знаете, что мне больше двух тысяч лет. И, если смотреть с вашей точки зрения, то это вы очень молоды в сравнении со мной. Пусть я большую часть времени спала, но не все же время.
-Но выглядишь ты куда лучше меня, - улыбнулся Остолист. Он прекрасно помнил слова Хари-Хана. Помнил все, что он ему сказал этой ночью. Сделать этот шаг оказывается очень непросто. Неужели он действительно такой старый, что растерял всю смелость и ему нужен хороший пинок со стороны?
-Наверное, у меня не было столько волнений в жизни, как у вас, мастер, - ответила на его улыбку своей Саросса. Девушка чуть склонила голову набок и потерлась щекой о руку, которую то ли позабыли, то ли не хотели убирать от ее лица. – Я…
-Я…
Оба замолчали в нерешительности, когда два голоса слились в один. В ночи раздался тихий смех. Первым раскрыл рот Остолист.
-Знаю, девушкам обычно уступают, но, боюсь, если я не скажу сейчас, то вряд ли найду в себе смелость сказать это потом. В том, что ты взрослеешь, есть свои минусы.
-Я их в вас не вижу, - тихо буркнула под нос Саросса.
Если ее и услышали, то предпочли сделать вид, что не услышали. Остолист сделал очередной глубокий вдох, после чего произнес вслух то, что хотел сказать уже давно, но не мог. Каждый раз находил все новые отговорки и оправдания своего молчания.
-Я всего лишь хочу сказать, что ты мне очень нравишься, Саросса. Понравилась еще тогда, в нашу первую встречу. Но из-за дурацких предрассудков я повел себя, как настоящая скотина. А когда наши дорожки пересеклись вновь, не смог найти в себе смелости даже извиниться, не говоря уже о чем-то большем. Сай говорил, что это все глупости и какое-то ребячество. Что ж, наверное, так оно и есть. Все мы дети, несмотря на внешний облик.
-Нравлюсь? – в голосе девушки прозвучало такое искреннее удивление, что Остолист едва не застонал. Проклятье! Неужели Хари-Хан даже тут не приукрасил действительность?! – Несмотря на то, что я не похожа на человека?
