Он ушел, дав мне возможность попытаться выбраться отсюда. Я сразу подумал о том, чтобы использовать свое заклинание, но мои ладони были повернуты мне же в спину. Если начну колдовать, то заряд придет в меня самого. Была не была. Либо крыса, либо поврежденная спина.
Я произнес заклинание и магические шар выстрели мне прямо в копчик. Это было самое низкое место, куда я смог опустить ладони. Меня так сильно перевернуло, что сделал заднее сальто летя вперед. В это время ведро на мне приподнялось и Мурита вылетела из него. Ногами я зацепил и второй стул, свеча упала, но не потухла. Видимо, было хорошо заколдовано. Я поднес руки к пламени и веревки прогорели. Свобода.
Я сразу же пустился бежать по коридору. Не зная в какую сторону нужно бежать, я выбрал туда, откуда доносился свет. До меня доносились чьи-то крики и чем ближе я подходил к еще одной комнате, тем отчетливее я узнавал в них Александра. Его тоже пытали и задавали все те же вопросы. Ладно они могли подумать на меня, может видели нас вместе с Медведем на подпольных играх, но как в это дело приплели Александра, я не понимаю.
Заглянув в открытую дверь, я увидел, как гнолл болтался привязанный на дыбе. Видел, как кровь стекала по его груди. Для Александра, как я погляжу, выбрали другую программу пыток. Более жестокую и кровавую.
Я увидел взгляд Александра, который был устремлен на меня. Мольба в его глазах читалась настолько отчетливо, что я готов был поспорить на что угодно – именно в этот момент наша с ним вражда прекратилась, потому что я увидел его слезы. Что нужно делать со здоровенным гноллом, чтобы он пролил слезы? Боль и страдания никогда не дадут такой эффект. По всему видимо, ему залезли в голову и хорошенько там поковыряли.
Я заглянул в его комнату и увидел двух людей, которые что-то обсуждали и мастерили на столе перед гноллом. Его пыточная была более изобретательной, чем моя. Тут ему и дыба, и пыточный стол, и целый набор инструментариев в виде пилы, молотка, ножей разной длины, вплоть до меча. Топоры, плетки, кастеты и даже рапиры, которых я нигде в Столице не встречал, кроме этого места.
Я аккуратно зашел в пыточную и снял меч со стены. Надо было быстро решать: пытаться убить втихую или напасть и поднять шум. Конечно, лучше всего было бы убить втихую. Тут и думать не о чем. Вот только я думал не над тем, как лучше, а над тем, как я смогу. Разумеется, я могу делать все только, как из жопы, поэтому будет очень громко.
Я побежал в сторону палачей, что я стояли у стола и напал на ближайшего. Он молниеносно среагировал и увернулся от удара. Его реакция меня напугала. Палач сразу же вытянул ногу и ударом отшвырнул меня подальше.
Второй палач не стал медлить и выпустил в меня огненный шар. Я закрылся ближайшим столом, перевернув его. Огонь все равно обдал меня жаром, но хотя бы не спалил дотла. Я выглянул из-за стола и увидел, что палачи выбирают оружие для сражения. Я воспользовался этой паузой и выпустил в одного из них магический шар. Только в этот момент я понял, как ничтожно сморится мое заклинание, особенно на фоне их огненного шара. Если выживу, то обязательно закуплюсь свитками.
Тем не менее мой магический шар откинул одного палача в сторону, а второй схватил первое попавшееся оружие со стола и напал на меня. Я защищался от его ударов с трудом, будто бьюсь с кем-то, кто гораздо выше меня уровнем. Я помню эти ощущения тяжелейших ударов и спокойствия врага, когда впервые сражался против Клауса. И именно эти уроки помогли мне в данной ситуации. Я выжидал момент.
Когда второй палач подбежал к нам, то я выстроил их в одну линию и выпустил магический шар, откидывая одного палача в другого. На время они потеряли контроль над своими телами и тогда я кинул в ближайшего нож, который подобрал с другого стола. Точное попадание в шею. Больше этот палач не вставал.
Второй же выживший сразу кинулся на меня. Я решил немного спутать его планы и сам атаковал его. Теперь я напирал, а палач защищался. Я видел по его взгляду, что он задумал совершенно другое. Я давил его, как мог, отводя в сторону висящего на дыбе Александра. И когда я подвел палача вплотную, то волосатые гнолльи ноги зажали его шею. Я слышал хруст ломающегося позвоночника. Обмякшее тело палача моментально рухнуло вниз.
— Спасибо, — сказал я.
— Это ты мне говоришь? — удивился Александр. — Это я должен благодарить тебя до скончания веков.
Я улыбнулся краем губ и принялся освобождать его руки. На мое удивление, Александр мог двигать конечностями, будто они у него вообще не затекают.
Я не знал куда идти дальше, но гноллу повезло больше, чем мне и он очнулся после удара до того, как нас завели в эти помещения. Он запомнил в какой стороне выход.
Как ни странно, на звук моего боя с палачами никто не прибежал, хотя дверь в коридор была все время открыта. И даже когда мы с ним блуждали по коридорам, надеясь быстро добежать до выхода, нам на встречу не вышел совершенного никто.
