Я понял, что разговор дальше не получится. Малика была взводе, хотя я не понимал причины. Да, Я сделал все по-своему, но мы друг другу не хозяева. Я лучше знаю, что нужно для достижения своей цели. Мне не нужны указания, как и что мне делать. Договор у нас был какой? Я вливаюсь в ряды Зеленых, нахожу там дроу, которого она ищет и сливаю всю информацию по нему. А после продолжаю заниматься своими делами. Или она считала нас уже парой? Какая же мы пара, если секса не было? Два поцелуя еще не значат, чтобы мы обязаны друг другу под гроб жизни. Странная она женщина.
В конечном итоге я закончил этот день в своей комнате. Не хотелось мне больше быть на виду, пока взгляды других гладиаторов не слезали с меня.
На следующий день все началось, как обычно: подъем, завтрак и тренировка. Но тренировка шла не очень гладко. При чем у всех. Кто-то скорбел по Клаусу, кто-то просто ленился, а кто-то пытался выложиться на полную, но не мог, из-за того, что все остальные были в подавленном настроении. Я был из числа вторых.
— Хватит ползать по песку, как сонные мухи! — рычал на нас наставник. — Каждый боец дома Сатиат должен быть на голову выше остальных гладиаторов на арене. Если кто-то из вас проиграет в бою, но распорядители игр его пожалеют, то я лично добью того в лудусе. Ни одному нашему гладиатору не свойственен проигрыш, поэтому забудьте о лени и вчерашней трагедии. Жизнь Клауса оборвалась и если вы не хотите последовать за ним, то тренируйтесь, мать вашу!
Я смотрел на наставника взглядом, полным… недопонимания. Как угроза смерти должна приободрить гладиаторов? Чтобы что? Чтобы мы боялись проиграть и сражались до конца? А разве на арене не главное, это создать шоу? Красивые бои, интересные костюмы, харизматичные бойцы? Что-то я теряю понимания сути происходящего.
— Ты не согласен со мной, новичок? — наставник обратился ко мне.
— Не совсем, наставник. Живое существо на то оно и живое, что ему свойственно переживать и лениться.
Наставник посмотрел на меня с презрением.
— Посмотрите все на Виктора. Он тот, в ком Клаус видел свою замену и он же говорит сейчас о лени. Он не чемпион и даже не предмет для насмешек, он живой пример, как низко может пасть гладиатор…
— На арене главное умение сражаться. И не важно, ленился ли ты когда на тренировке или нет, — вырвалось у меня. Но я только через пару секунд понял, что перебил наставника.
Наш грозный учитель танцев с мечом оказался более сдержанным, чем я. Он не стал разматывать свой кнут, чтобы отделить мою плоть от костей, не стал нервничать или злиться. Наоборот, он будто бы успокоился.
— Умение сражаться? И ты думаешь, что у тебя оно есть?
— Я сильнейший из первоуровневых бойцов. Ни один из них меня не победит. Да и все вместе тоже не справятся.
Наставник ухмыльнулся. Он глянул на балкон второго этажа, где стоят господин и посмотрел на него. Господин одобрительно кивнул.
— Все вместе? — спросил он, но не ожидая ответа. — Бардус, Александр, Калька, Буран, Гордон, Малика, возьмите свою экипировку и встаньте на исходную. Виктор, ты тоже возьми всю свою экипировку и встань на исходную против них.
Настало время учиться держать язык за зубами. Мое выходное отверстие сжалось до невиданных размеров. Я не ожидал, что подобную бойню господин позволит провести в своем лудусе. Но тем не менее, это происходит. Я отчетливо понимал, что сражаться против шестерых гладиаторов не тоже самое, что и против шестерых преступников. Но отказываться от такого я не стал. Это шанс показать себя.
