– Этот дерхкановский выползень закрыл переход, представляешь? Теперь я не могу отсюда выбраться и вынуждена лицезреть его персону едва ли не круглосуточно. И всё из-за того, что я отказываюсь с ним разговаривать! Он… – ассианка остановилась, задышав чаще, запрокинула голову и наконец, протяжно выдохнув, повернулась к Дарье. Улыбнулась так, что Даша чуть не отшатнулась от её оскала: – Лучше поговорим о тебе. Ты обдумала рассказ Кассандра? Дорогая моя, в свете того, что я узнала…
– Я не хочу об этом говорить, – отрезала Даша и скрылась в ванной.
Раздеваясь, мысленно хмыкнула: «Так это она здесь прячется от муженька своего. Ну конечно, сюда же он не сунется. А вот Кассандр…», – мотнула головой. О нём Дарья думать не хотела.
Посмотрев на себя в зеркало, скривилась – волосы всклочены, а под глазами круги синюшные. А всё потому, что остаток дня и полночи Даша обдумывала слова Кассандра. Она, то всхлипывала от безумной обиды, что судьба неизвестно за какие прегрешения послала ей такие испытания. То чувствовала, как сердце сладко сжимается от слов Кассандра:
Не в силах уснуть, Дарья металась по постели, потом бродила призраком и временами вспыхивала злостью на себя. Ей не давали покоя вопросы о том, остался ли Кассандр, а если да, то – где он расположился, спит ли или, так же как и она переживает?
– Боже, Дашка, о чём ты думаешь? – шипела раздражённо себе под нос. – Да и плевать – остался, не остался! Он же готов был меня убить за то, что я якобы ему изменила! Даже ни разу не спросил, смотрел как на гнойник жабий, а сам не заикнулся о своей невесте. Не мог он сказать, ага, как же. Скорее, просто не хотел! – пыталась раззадорить себя, чтобы отрезвить, чтобы не дать себе растечься лужицей и сразу же простить Кассандра.
Анализируя услышанное, Даша прекрасно понимала, что обстоятельства ему не позволяли поступить иначе. Понимала – почему они должны были скрывать их отношения и то, почему он не сказал ей об Эвридике. Да, понимала, вот только пройдя через предательство, через боль, которая разрывала сердце, она уже не верила ему.
Чувствуя раздрай в душе, Дарья, со вздохом махнув рукой на свой внешний вид, прошла в душ. Она не хотела ни с кем общаться. Позавтракав в своей комнате, ушла гулять по берегу и даже идущая за спиной Ирица в этот раз немного раздражала девушку. Хотя её то и дело тянуло спросить – где Кассандр, почему не видно ни его, ни Дигона и почему Тисифона носится по дому разгневанной фурией.
– Дарина, – позвала девушку росцанка. – Давай вернёмся. Посмотри, какие тучи надвигаются.
Бросив взгляд на небо, Даша, кивнув, встряхнулась и стоило направиться обратно, как увидела невдалеке бредущего Кассандра.
– Как давно он здесь? – тихонько спросила у Ирицы.
– Давно, – пожала плечами росцанка. – Наверняка стоило вернуться, направился вас искать.
– Вернулся? Откуда? – Даша не в силах сдержать рвущееся любопытство, сверкнула глазами.
– Да мне ж знать не положено. Хозяева не отчитываются перед прислужниками, – хитро улыбнулась росцанка и, увидев, как Даша сузила глаза, хмыкнула, махнула рукой и затараторила: – Ну да ладно, я с восходом прибиралась в доме и услышала, как лао расспрашивал хозяйку о вас. Всё вытряс! А потом потребовал энергокристаллы, от которых вы подпитываетесь и забрал их. Наверняка сам лично решил заполнить.
– Вот значит как, – задумалась Даша и передёрнулась, когда со стороны океана донёсся пронизывающий ветер. – Давай поторопимся, – прибавила она шаг и едва не вскрикнула от неожиданности.
Ей на плечи опустился мужской камзол, который пах тем самым родным, любимым запахом хвои, кедром и мятными конфетами.
– Надо вернуться в дом, – бесшумно подошедший к ним Кассандр подхватил Дашу на руки, не реагируя на сопротивление девушки. – Ты можешь простудиться.
– Немедленно поставь меня! – сразу же взбрыкнула Даша. – Я не хочу ни говорить с тобой, ни видеть тебя, – обиженно добавила, незаметно втягивая мужской запах и млея от того, что её несут на руках, что бережно заботятся, переживают.
– Не говори, не смотри, – отозвался ассианец. – Донесу до дома и там поставлю.
Фыркнув, Даша отвернулась в сторону. Наткнулась на насмешливый взгляд прислужницы, обиделась и на неё и уткнулась носом в мужскую грудь.
