Вадим посмотрел на приборную панель, все хаотично мигало. По спине пробежал холодок, он попробовал переключатели. Приборы показывали какую-то несуразицу, связь отказала, самое удивительное, что датчики мигали самыми разными цветами – синим, красным, лиловым, желтым, зеленым и даже фиолетовым. Он старался вспомнить, были ли у них запрограммированы такие цвета для подсветки приборной панели при проектировании. Если красный, зеленый, желтый – точно да, то вот лиловый и фиолетовый точно нет.
– Похоже, я долетался, – грустно сказал он вслух.
– Что приуныл, внучек? – раздался вдруг знакомый голос.
Рядом с Вадимом на пустующем месте для второго пилота, улыбаясь, сидел его покойный дедушка Петр Иванович.
– Не дрейфь, после смерти сюда все попадают, это только ты у меня – гений, живой – здоровый прилетел, – дед ласково похлопал худой рукой парня по скафандру.
– О, какой вымахал! Вот теперь мне тут будет не скучно! – дед с любопытством пощелкал разными тумблерами и переключателями. Техника на шалости деда никак не отреагировала, да и Вадим сидел в замешательстве.
«Где же я? На том свете?» – подумал молодой человек и почувствовал подступающий к горлу комок от ощущения непоправимости содеянного. Датчик кислорода показывал абракадабру.
– Наверно, у меня галлюцинации от кислородной недостаточности, – подумал Вадим, зажмурился и сильно захотел обратно на Землю. Почему-то в воображении всплыл высокий лес и трава. В отчаянье он нажал кнопку старт. Раздался уже знакомый резкий звук, вспышка белого света и корабль вылетел на поляну в лесу. Деда на сиденье рядом не было.
– Кажется дома, – Вадим устало откинулся на сиденье, и увидел два крупных солнца в небе. Посмотрел вперед, прямо перед ним на цветущую поляну вальяжно, вразвалочку вышел динозавр, высотой как пятиэтажный дом. Зверь увидел корабль и направился к нему.
– Нет, еще не дома, – Вадим зажмурился и нажал кнопку старт.
Резкий звук, вспышка и … капсула вынырнула обратно в древовидный канал икс-измерения. Мимо проносились звезды и галактики, а в кресле рядом по-прежнему, сидел Петр Иванович.
– Что-то быстро ты как-то… Ты не волнуйся, тут миров много, тебе надолго хватит. Это у тебя что тут, аптечка? – с внезапным интересом спросил дед, указывая на небольшой ящичек под приборной панелью.
– Не, это запас еды, на всякий случай. Дедушка, а обратно на Землю можно попасть? – Вадим с надеждой посмотрел на Петра Ивановича.
– Хочешь деда одного тут бросить? Прямо как тогда на рыбалке? Бросил меня одного и уехал на свою работу. Или потом, когда я болел, ты так ко мне и не заехал… – дед нахмурил кустистые брови и надулся.
– Эх, была, не была! – Вадим представил себе пустынную поверхность Луны и нажал старт.
Резкий звук, вспышка, и капсула вынырнула прямо над Лунным кратером. Большим сине-белым шаром над горизонтом висела Земля.
– Уже хорошо, – щелкнул тумблер и нырнул в текучий, полупрозрачный канал икс-измерения.
– Что думаешь, самый умный? Думаешь все так просто? А ты попробуй назад вернуться, – дед с вызовом смотрел на внука.
Раз, другой, третий, Вадима кидало из мира в мир, возможно, выкидывало на Землю, но явно не в то время, не в то место. И снова, и снова он возвращался в икс-измерение. Петр Иванович по-прежнему ждал его.
– Дедушка, прости меня, пожалуйста, я думал, что моя работа важнее, – Вадим устало откинулся на кресло. В мыслях проносились воспоминания, сколько всего прошло мимо, пока он работал в лаборатории. Вот и этим вечером – нет бы пойти на свидание с Настей…
– Скоро у тебя кончится кислород и топливо. И тогда ты сможешь полностью посвятить себя работе, исследованиям Вселенной. Мне хочется, внучек, бросить тебя тут, – повисла тяжелая пауза.
Вадим посмотрел внимательно на дедушку, на его серьезное лицо.
«Наверно, ему было очень грустно и тяжело болеть в одиночестве, а я, как и родители, старался бывать у него, как можно реже. Теперь, я буду умирать тут на корабле, как и он, в одиночестве», – подумал Вадим и представил прохладный осенний день, слегка накрапывает дождь, Настя оплакивает его, а друзья опускают в могилу пустой гроб.
– Но не затем я тут. Люблю я тебя внучек, поэтому помогу. Помнишь пирамиду Хафра со школьного учебника? И рядом сфинкса? – дед сделал таинственный вид и наклонился почти к самому шлему скафандра. Вадим вдруг понял, что слышит его голос не через стекло, а телепатически.
– Спасибо, дедушка! – парень закрыл глаза, ярко представил пирамиду сфинкса и нажал тумблер старта.
Солнце было в зените и палило нещадно. Жрица вытерла со лба пот, когда вдруг люди закричали:
– Ра! – и пали ниц.
Прямо перед пирамидой, у лица сфинкса, сел сверкающий в лучах солнца космический корабль. Пророчество, о прибытии бога Ра на золотой ладье сбылось. Девушка быстрым шагом подошла к кораблю и преклонила голову в жесте уважения. Вадим открыл люк и вышел из корабля.
«Какой же он худой и бледный!» – подумала жрица, поднялась, подошла к Вадиму, накинула на него белоснежный плащ и ловким движением пальцев застегнула золотую, украшенную изумрудами и рубинам застежку.
