Всё навсегда похороненои не воскреснет вовек.Только небесная родинаесть у тебя, человек.И превратилось в проклятие,в камень незримых могилвсё, что, сжимая в объятии,ты в этой жизни любил.1999<p>«Ласточки твои пропали…»</p>Ласточки твои пропали,     Афанасий Фет.Бабочек, что здесь летали,     и в помине нет.Похоронена в сугробе     песня ямщика.И истлела в тёмном гробе     нежная щека.С корнем выдернуты розы,     вытоптан лужок.Остаются лишь морозы.     Холодно, дружок.1999<p>«И лед на полыхающем виске…»</p>И лед на полыхающем виске,и пламень за картонною стеною…И если всё висит на волоске —не мучь меня, но сжалься надо мною.И камень, что летит наискосок, и пламень, обрывающий молитву…И Тот, Кто держит тонкий волосок,другой рукой уже заносит бритву.1999<p>Памяти Евгения Блажеевского</p>

Коли водка сладка, коли сделалось горьким варенье…

Е. Блажеевский
Коль водка сладка, как писал ты, родной,с тобой бы я выпил ещё по одной.Зачем же меня ты покинул?Как будто в промозглый колодец без дна,откуда звезда ни одна не видна,ты чёрный стакан опрокинул.Тебе бы к лицу был античный фиал.Влюблённый в земное, ты не представлялпосмертного существованья.Но если, родной мой, всё это не ложь,дай знать мне, какую там чашу ты пьёшь,сладка ль тебе гроздь воздаянья?И если всё это неправда — в ночиявившись ко мне, улыбнись и молчи,надежде моей не переча.Позволь мне молиться, чтоб вихорь и градне выбили маленький твой вертоград,где ждёт нас блаженная встреча.1999<p>«Храни, моя радость, до худших времён…»</p>

А.Р.

Храни, моя радость, до худших времённоябрьских рассветов свинцовую стынь,сырые шелка побеждённых знамён,шершавую стужу больничных простынь,прощальных объятий невольный озноби дрожь поездов, уходящих навек…Возьми же, покуда не хлынул потоп,и эту мольбу мою в чёрный ковчег —сигнал к отправленью, отплытия знак,глухую прелюдию небытия,легчайший, едва ощутимый сквознякпоследнего холода, радость моя.1999<p>«Всё то же безумье в больничной палате…»</p>Всё то же безумье в больничной палате,всё та же кошмарная ночь.Распятый за нас при Понтийском Пилатемне только и может помочь.Душа моя смертною скорбью объятаи пламенем Судного дня.Но сладко мне знать, что во время ПилатаТы также распят за меня.И сладко мне плакать в ночи покаяннойо том, что Ты всё искупили уксус из чаши моей окаяннойустами пречистыми пил.2000<p>«И печка железная в классе продлённого дня…»</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Собрание сочинений

Похожие книги