Два крылатых гвардейца бросились на Анвара сверху, но Шиа, сделав невероятный прыжок, схватила одного из них буквально на лету. Хану бросился на второго, едва тот приземлился, и вцепился ему в горло. Анвар мгновенно вспомнил шкуры в своей бывшей темнице. Увидев, что Шиа ищет следующую жертву, остальные гвардейцы обратились в бегство, но в дверях их ждал новый «черный призрак». Это была Хриза! Анвар, спеша к алтарю, где стоял остолбеневший Верховный Жрец, успел поймать мысль старой пантеры:
«Ха! Я же говорила, что должен быть другой, более легкий путь наверх!»
Черный Коготь бросил испуганный взгляд на Анвара, окруженного ореолом власти Жезла Земли, и поспешно метнулся за шторы. Анвар последовал за ним в маленькую комнату, однако враг успел бежать, захлопнув дверь перед самым его носом. Вне себя от ярости маг устремился в погоню. Он выскочил на, узкую лестницу, а затем попал в подземелье Храма, ориентируясь на топот ног беглеца. Призрачный свет Жезла рассеивал густую тьму. На развилке коридоров Анвар на мгновение задержался. Звук шагов послышался ему в правом коридоре, и он побежал туда. Перед ним оказалась винтовая лестница. Анвар взбирался по ней, пока не почувствовал усталость. Уже несколько минут маг не слышал шагов, да и вообще никаких звуков, и уже начал сомневаться, правильно ли выбрал дорогу. Вдруг впереди хлопнула дверь, и сомнения его исчезли.
Выглянув в окошко на последней площадке лестницы, Анвар понял, что очутился на самом верху башни Храма. Дверь перед ним, естественно, была заперта. Анвар выругался, поднял Жезл и, раздробив запертую дверь, ворвался в палату. Он понял свою ошибку, лишь когда увидел брошенный в него нож. Застыв, он словно завороженный смотрел, как приближается к нему смертоносное лезвие… К счастью, в последний момент маг вспомнил про волшебный щит и пустил его в ход. Нож со звоном упал на пол. Анвар поднял глаза и увидел Верховного Жреца, оравшего в какой-то светящийся кристалл:
— Миафан! Миафан!… Пленник бежал!… Да отвечай же, провалиться бы тебе!
И все же Анвару показалось трусливым и недостойным делом уничтожить этого лиходея с помощью Жезла. Он обнажил свой меч и бросился на Черного Когтя. Тот, оставив в покое немой кристалл, кинулся к окну, чтобы спастись бегством по воздуху, но не успел он ухватиться за подоконник, как Анвар настиг Жреца
— и тело врага упало к ногам мага, а голова покатилась по полу. В мертвых глазах Черного Когтя навсегда застыло выражение ужаса.
Анвар вытер окровавленный клинок о рясу мертвого Жреца. С Черным Когтем покончено — теперь пора заняться Миафаном. «Пусть это выглядит безрассудством, — подумал маг, — но надо сообщить Верховному Магу о том, что произошло, потому что он наверняка расскажет об этом Ориэлле».
Вложив меч в ножны, Анвар поднял Жезл и мысленно обратился к Миафану. Кристалл вспыхнул, потом поверхность его прояснилась, и Анвар увидел лицо Верховного Мага. Изумление Миафана сменилось ужасом и яростью, когда он понял, кто его вызвал.
— Анвар! Как ты…
— Черный Коготь мертв, Миафан. Теперь я буду мстить тебе, — бросил Анвар. Не дожидаясь ответа, он швырнул кристалл в окно и, не оборачиваясь, вышел из палаты.
Все это время Молдан наблюдала за магом. Теперь, когда он остался один наверху, настал ее черед. Могучая душа горы сосредоточила свою волю на камне, служившем основанием этой башенке на вершине. Тело горы содрогнулось, и Храм Иинзы с ужасающим грохотом обрушился.
Когда луна пошла на ущерб, Шианнат вновь затосковал по Ориэлле, что отнюдь не вызвало восторга у Язура. Хотя предполагалось, что изгнанник будет наблюдать за башней с безопасного расстояния, он частенько под покровом ночи подползал к башне и взбирался наверх, чтобы лишний раз поговорить с волшебницей. Сам Шианнат не признавался в этом, но Язур всегда чувствовал, когда ксандимец возвращался оттуда. В такие ночи он весь так и сиял и долго лежал без сна, хотя ему следовало отдохнуть перед тем, как наступала его очередь караулить.
Несчастный глупец! Неужели он не может понять, какой опасности подвергает и самого себя, и Ориэллу, и все их дело? Но Язур не мог помешать ему, ибо сам еще не достаточно окреп, чтобы иметь такую возможность. Хуже всего, что Шианнат в этом деле пытался обманывать его. В ответ воин, также тайно от Шианната, упражнял поврежденную ногу, проверяя, какую нагрузку она способна выдержать. Из груды дров он выбрал толстую палку, и, смастерив из нее что-то вроде трости, уже научился потихоньку с ее помощью передвигаться по пещере. Но, увы, одолеть трудную дорогу через ущелье к башне было ему пока не по силам. И вдруг однажды, в одну на редкость спокойную лунную ночь, когда ослепительно блестел снег и далеко в горах выли волки, решение задачи пришло само собой.
