— А вот ещё! Этот негодяй-тафгур, — засмеялся Добромир. — Хватает какой-то обломок копья, без наконечника даже, тычет в меня этим огрызком и с совершенно дикими от страха глазами орёт — У-у-у!
Взрыв смеха снова прокатился по комнате.
— Ну что ж, друзья, пора расходиться, — сказал Архегор. — Час поздний, Арине нужно отдыхать.
Попрощавшись с девочкой и пожелав ей доброй ночи, все, кроме Архегора вышли за дверь.
— А сейчас выпей этот отвар, — Архегор протянул девочке круглый флакончик с узким горлышком. — Это тот, горький, который тебе не понравился. Только палец в горлышко больше не засовывай, ладно? — глаза старца смеялись.
— Всё-то ты помнишь, Архегор!
Следующее утро выдалось шумным. Воины и жители Трон-града, узнав о том, что Арина выздоравливает, собрались под окном дворца. Радостные и возбуждённые, они выкрикивали слова поддержки в адрес девочки и вообще, переполненные эмоциями, чуть ли не пускались в пляс.
Арина подошла к окошку и выглянула на улицу. Толпа, увидев девочку, возликовала ещё сильнее. Сотни размахивающих ладоней белыми пятнами мелькали над головами. В воздух полетели шапки, и было непонятно, как они потом отыщут каждый свою. Но, впрочем, никто об этом не волновался. Главное, что они увидели Арину живой и здоровой.
Девочка тоже помахала им рукой в ответ, но в комнате появился Архегор и уложил её обратно в постель.
— Они так радуются, — сказала Арина, — будто я звезда какая-нибудь эстрадная.
— Не знаю, что такое «эстрадная», но то, что звезда — это уж точно, — значительно произнёс Архегор. — Звезда нашей мечты и надежды на Жизнь. Эта мечта сбылась и, во многом, только благодаря тебе, Арина.
Ещё несколько дней девочка не покидала стен дворца. Сначала при поддержке Архегора или кого-нибудь из девушек она просто ходила по комнате. Потом, чуть окрепнув, стала проделывать различные упражнения, как на тренировке. Силы её восстанавливались довольно быстро, и настал день, когда Арина вышла в город.
Вместе со старцем они бродили по улицам, наполненным оживлёнными голосами. Встречные жители здоровались с ними и спешили дальше по своим житейским делам.
— Никак не могу привыкнуть к мысли, что Алетара больше нет, — девочка вздохнула. — Кто теперь будет править Арадией? Добромир?
— Да, Арина, теперь будет править Добромир. Он хороший воин и благородный муж, я думаю, что Арадия приобрела достойного правителя.
Архегор помолчал немного, потом продолжил:
— Акин остался жив. Понимаешь, о ком я говорю?
— Да, я помню, он сын того иридийца Ахаджи.
— Он был рядом, когда тафгур копьём ударил Алетара. Ахаджи и Акин были изранены и, как могли, защищали царя. Когда Алетар упал, черноплащники набросились на них. Акина тоже ударили копьём, он остался жив только благодаря тому, что Ахаджи накрыл его своим телом…
Архегор и Арина какое-то время шагали молча.
— Больше всего Ахаджи боялся, что его род прервётся, — продолжил старец. — Сейчас он бы мог быть спокоен, его добрые дела и поступки продолжатся его сыном, потом внуками… Так и должно быть, так устроен мир.
Снова они шагали молча. Печальные воспоминания о тяжёлом времени охватили душу.
— Я так ни разу и не заходила в собор Трон-града. Пойдём сейчас? Арина вопросительно посмотрела на старца.
— Так мы уже пришли.
Свернув за угол дома, им открылось величественное произведение. Перед ними возвышалось большое белокаменное строение. Широкая колоннада поддерживала двускатный навес над парадным входом, состоящим из нескольких высоких дверей. По углам собора с четырёх сторон выстроились круглые башни с узкими окнами, напоминающими бойницы. Верхушки башен венчали большие купола. Но самый большой купол располагался посередине. Арина уже видела нечто похожее в Кинёве, но купол этого собора просто поражал своими размерами. Снег на нём растаял, и золотое сияние придавало собору особую величавость.
— Да-а, вот это да! — изумилась девочка, не в силах выразить своё восхищение. — Издали этот собор казался меньше. А купола чем красили, что они так блестят?
— Ничем купола не красили, — пояснил Архегор. — Они выполнены из чистого золота.
— Как? Все? — ещё больше удивилась девочка. — Это сколько же нужно его набрать, что бы покрыть всю крышу?
— Да, Арина, много нужно. Столетиями собиралось оно, ни на что больше не тратилось. Мы же не тугурийцы, мы не чеканим золотые монеты. Этот металл должен служить всем людям, и лучшего применения для него не найти, — старец ещё раз посмотрел на купола. — Отчасти из-за золота и рвался Кседор в Трон-град.
— Архегор, ты не ответил тогда, ещё перед битвой, на мой вопрос. Кому поклоняются тафгуры? Какому богу?
— Никакому. Они поклоняются Кседору. Он для них вместо бога. Он и золото — вот и вся для них религия.
Архегор снова посмотрел на купол и перевёл взгляд на девочку.
— Давай, Арина, не будем сейчас говорить о тафгурах. Лучше зайдём внутрь собора.