1050 Вкруг могилы, где Кизик был похоронен с почетом. Как надлежит, на лугу в долине устроены были Игры. Курган там высится в память потомкам и ныне. Клита, супруга погибшего*, дальше жить не осталась, Мужа утратив и ложе. Горем к этому горю1055 Заплатила себе, накинув петлю на шею. Нимфы лесные над ней безутешно и долго рыдали, Наземь их слезы лились из юных очей беспрестанно. Эти слезы в светлый ручей превратили богини, Клитой зовется ручей в память о бедной супруге —1060 Имя ее живет в веках до сих пор и навеки. День тот волею Зевса стал днем печали ужасной Для мужчин и жен долионских. Никто был не в силах Пищи отведать. И после надолго в скорби всеобщей Не вспоминали вовсе они о мельничном деле,1065 Но так и жили, вкушая неиспеченную пищу. Даже теперь, когда ежегодные там возлиянья В жертву несут, ионийцы, живущие в Кизике, мелют Для лепешек сырых муку на мельнице общей. После того бушевали жестокие бури в теченье1070 Целых двенадцати дней и ночей и мешали им снова В плаванье выйти. В последнюю ночь остальные герои, Все к отправленью окончив, в изнеможении спали. Только Акаст и Мопс Ампикид их сон охраняли. Вдруг одна гальциона* над русой главою Ясона1075 Стала летать, своим голосом звонким им предвещая Бурных ветров прекращенье. Сразу Мопс ее понял. Вещий глас распознал он той птицы прибрежной. Тут погнала богиня ее, и она, вспорхнувши, На вершину кормы красиво изогнутой села.1080 Мопс же Ясона, на мягких спящего шкурах овечьих, Тронул слегка, разбудил и слово тотчас промолвил: «Нужно тебе, Эсонид, подняться на эту вершину Диндима, столь крутого, чтобы молиться богине* Матери всех богов, пышнотронной. Буйные бури1085 Скоро утихнут. Я слышал сейчас морской гальционы Крик; кружась над твоей головой, пока почивал ты, Все мне сказала она. От нее, от богини, зависят Ветры и море до самых глубин, вся земля и обитель Снегом укрытой вершины Олимпа. Пред ней отступает1090 Сам Кронид, когда всходит она с гор к вышнему небу, Так и другие бессмертные грозной покорны богине». Молвил, и эта речь была желанна Ясону. Радостный с ложа он встал и сразу спутников поднял Всех поспешно. Лишь только они его обступили,1095 Он им поведал пророчество Мопса, Ампикова сына. Тотчас все юноши, быков согнав со стоянки, Прямо направили их к вершине горы высочайшей. Прочие же, отвязав от «Священной скалы» все канаты, Вышли в Фракийскую бухту. А там, оставив немногих
