Не поделить можно что угодно: конфету, машину, женщину, страну… В данном случае речь о кейсе. Два взрослых человека не могут решить, чья это вещь. Кто в итоге победит?
…Где-то вдалеке, в неровном, колеблющемся облаке горячего воздуха, стояли два человека и о чём-то спорили. Приземистый и толстый, с редкими светлыми волосами энергично размахивал руками и что-то непрерывно говорил, тогда как его собеседник, стройный темноволосый мужчина среднего роста, лишь качал головой и изредка бросал пару коротких фраз.
На углу белого небоскрёба, где происходило всё действие, собралось уже довольно много зевак, с интересом наблюдавших за спорщиками, – однако те, похоже, их совсем не замечали.
Наконец я подошёл достаточно близко, чтобы расслышать, о чём именно спорили мужчины: как оказалось, речь шла о кейсе…
Толстый бессильно опустил руки.
– Ещё раз повторяю, – сказал он, – это мой кейс. Это точно мой кейс. Я три года хожу с ним на работу и, уж поверьте, могу отличить его от других кейсов.
– Что вы такое говорите? – удивился его оппонент. – Какие три года? Вы, верно, ошиблись: этот кейс – мой. Я абсолютно уверен.
– С чего вдруг? – с вызовом спросил толстый.
– С того, – в голосе темноволосого прозвучала некоторая язвительность, – что за всю мою жизнь у меня был один-единственный кейс. Я успел изучить его до мельчайших деталей. Даже сейчас его точная копия хранится в моём подсознании – настолько я с ним сроднился. Вот с чего я пребываю в такой твёрдой уверенности!
– Тогда назовите мне хотя бы одну отличительную черту вашего кейса, – попросил толстый.
– Сейчас, – сказал темноволосый и погрузился в молчание.
Я не знал, как давно они спорят и при каких обстоятельствах зародился у них этот спор, однако мне было крайне любопытно посмотреть, чем он закончится…
– Царапина, – тихо произнёс темноволосый, а затем, уже в полный голос, добавил, – тонкая глубокая царапина.
– Где?
– Вот здесь…
Темноволосый присел на корточки у фонарного столба, возле которого всё это время стоял кейс, и указал рукой на то место, где должна была находиться царапина, – но…
– Её нет! Нет!! – Он схватился за голову. – Не понимаю, куда она могла деться!.. Пять лет, пять долгих лет она была здесь, на этом самом месте и вдруг – пропала. Словно её стёрли… – Темноволосый устремил на толстого потрясённый взгляд. – Знаете, я специально её оставил – как память. Память о… Я вам расскажу…
– В другой раз, – перебил толстый и поднял кейс. – А сейчас, извините, у меня дела. – Он взглянул на часы. – О господи, я чуть не опоздал на работу!
Толстый повернулся на каблуках и уже намеревался уйти, когда услышал торопливый оклик:
– Минутку!
– Что? – немного раздражённо поинтересовался толстый, вновь оборачиваясь к темноволосому.
Тот неторопливо встал и спросил:
– А откуда мне знать, что это ваш кейс?
– Мы ведь уже решили, – увещевательным тоном начал толстый, – что…
– Я прекрасно помню, что мы решили, – прервал его темноволосый, – и не собираюсь оспаривать это решение. Но разве мы удостоверились, что кейс именно ваш?
– Что за бред?! – воскликнул толстый. – Если кейс принадлежит не вам – тогда кому? Только мне!
– А всё-таки, – настаивал темноволосый, – давайте проведём небольшую экспертизу?
– Вам от этого станет легче?
– Вне всякого сомнения!
– Что ж, хорошо, – толстый поставил кейс на землю, – проводите свою экспертизу, мистер…
– Роуэн, – подсказал темноволосый, – можно просто Ричард. А вы?..
– Генри Стакинг. Очень приятно, мистер Роуэн. – Стакинг говорил вежливо, но, несмотря на это, слова давались ему с явным трудом, в голосе его слышались напряженные нотки.
– Взаимно.
Они обменялись рукопожатиями.
Затем Роуэн сказал:
– Наберите код, и если это действительно ваш кейс, он откроется.
Стакинг, загородив спиной обзор Роуэну (вероятно, чтобы тот не видел, какой именно код он набирает), в течение нескольких секунд возился с кейсом. Потом помотал головой, словно отгоняя какую-то навязчивую неприятную мысль, и продолжил свои манипуляции.
Прошла минута, но хорошо знакомого обоим спорщикам тихого металлического щелчка по-прежнему не раздавалось – кейс не открывался.
– Код, – изумлённо прошептал Стакинг, – мой код – не подходит!..
– Я так и знал, – сказал Роуэн.
Стакинг вопрошающе посмотрел на него.
– Что будем делать?
– Давайте поразмыслим, – предложил Роуэн.
Его собеседник согласно кивнул.
– Итак, нам доподлинно известно, что этот кейс принадлежит одному из нас…
Стакинг снова кивнул…
Я пришёл слишком поздно и поэтому не мог знать, откуда у мужчин была такая твёрдая уверенность на этот счёт…
– …но, к несчастью, факты говорят обратное.
– Получается каламбур, – подытожил Стакинг.
– Да… – Темноволосый мужчина задумался. – Есть один выход, – очень медленно и неуверенно произнёс он, – лёгкий, но… – Роуэн замолчал.
– Какой?? – нетерпеливо спросил Стакинг.
– Кинуть жребий… Вернее, – Роуэн порылся в кармане брюк и вытащил оттуда маленький блестящий кружок, на одной стороне которого была изображена цифра «10», – монетку.
– Монетку? – переспросил Стакинг.
– Других вариантов у меня нет, – пожал плечами Роуэн.
Толстый мужчина почесал подбородок, а затем безразлично махнул рукой:
– А-а-а, кидайте вашу монетку!
