Я набрал в лёгкие побольше воздуха и шумно выдохнул, начиная презирать себя с ещё большей силой. Она – объект. Я – наёмник. И если я собираюсь выполнить свою работу, а судя по всему у меня нет другого выбора, то когда брошу эту девушку, разобью её и без того хрупкое сердце, так что совершенно ни к чему подвергать ещё и своё сердце искушению.
Тем более, что я никогда не выбирал таких женщин. И дело не шрамах. Дело в том… какая она.
Нешаблонная. А значит - опасная для меня.
Тея чувствовала себя неуверенно. Я видел это по взгляду её огромных ясно-серых глаз. Даже на меня она взглянула не сразу – предварительно изучала плитку на полу моей кухни.
Я подошёл ближе, почувствовав от неё аромат своего же шампуня, и отодвинул для объекта один из барных стульев. И вновь Тея помедлила. Подняла глаза на меня и какое-то время мы так и стояли. Молча. На расстоянии полуметра. Внимательно глядя друг на друга.
— Спасибо, — прошептала Тея и неловко устроилась на стуле.
Я поставил перед ней кружку с горячим чаем и сахарницу. Сел рядом и так и не мог отвести глаз от лица этой странной девушки. Её кожа казалась излишне бледной, лишенной всяких красок, но в то же время это ещё больше привлекало к ней внимание. Аккуратные пухлые губки на этот раз ярким пятном выделялись на светлом фоне, а ресницы были настолько огромными, что каждый взмах создавал иллюзию торможения времени, позволяя разглядеть все её черты в мельчайших деталях.
Только сейчас я сполна осознал, насколько эта девушка красива. Её красота нестандартная. Необычная. Она как причудливое сказочное создание, которому только эльфийских ушей и тонких крылышек за спиной не хватает для завершения образа.
Шрамы? Какие шрамы? Я не вижу никаких шрамов.
И я идиот, потому что вновь отхожу от дела и позволяю себе думать о том, о чём не имею права думать.
— Так… так как мне тебя называть? — хриплым, будто заспанным голоском произнесла Тея и обхватила тонкими кистями горячую кружку.
Ей наверное всё ещё холодно.
— Я принесу тебе одеяло, — я спрыгнул со стула.
— Не надо, — ладонь Теи оказалась на моём запястье, придерживая, и она первая, тут же одёрнула от меня руку. — Всё в порядке. — Уткнулась взглядом в кружку и при всей своей хрупкости, она не выглядела измотанно, или печально. Она была сосредоточенна, хоть и чувствовала себя неуютно.
Поразительная девушка.
Она вообще с этого мира?
— Так что? — серые глаза нашли мои. — Как мне тебя называть?
Я опустился обратно на стул и пожал плечами:
— Как тебе больше нравится.
Тея задумалась. Сделала короткий глоток из кружки, слегка поморщилась и всыпала в свой чай две ложки сахара. И это её простое движение практически родило улыбку на моих губах. Представляю, сколько бы Тим потом это вспоминал. Этот парень точно спать не думает. Практически буквально ощущаю его присутствие в своей квартире.
— Мне нравилось имя Харви, — ответила Тея, делая новый глоток чая. — Но я не хочу тебя так называть, если это имя - фальшивка.
Знала бы она, что вся моя жизнь – фальшивка.
Тея пристально посмотрела мне в глаза:
— Но ты ведь больше не бармен, так?
— Я никогда им не был, — честно ответил я, потому что эта честность уже была частью моего нового плана. Я должен дать объекту возможность довериться мне, пожертвовав некоторой частью своей конспирации, но, не раскрывая наиболее важных аспектов. Таким образом объект будет думать, что с этой минуты мы выстраиваем наши отношения по-новому - безо лжи и обмана, - будет думать, что я сожалею и готов искупить вину честно ответив на несколько важных для неё вопросов. Ложь и правда. Теперь надо всё тщательно взвешивать.
— Значит… бесплатная выпивка была от фальшивого бармена, — констатировала Тея, делая новый глоток. Она облизала губы, и я слишком долго задержал на них взгляд. И она заметила это – на бледных щеках проступил слабый румянец.
— Получается, что так, — кивнул я, наливая себе виски.
— Я уже думала ты совсем не пьёшь.
Я взглянул на Тею из-под бровей:
— Только по особым дням.
— И чем же сегодняшний день особый?
Я приложился к бокалу:
— Он просто дерьмовый.
Тея не ответила. Я заметил, как в её глазах что-то болезненно вспыхнуло, а затем она поспешила отвернуться.
— Ты, наверное, хочешь о многом спросить, — я решил поскорее с этим разобраться и отправиться спать, пока моё желание прижать к себе это хрупкое создание не переступило грань дозволенного и не вышло на непреодолимый уровень.
— Нет, — пожала плечами Тея. Её указательный палец плавно скользил по горловине кружки, сначала в одном направлении, затем в обратном. — Ты ведь всё равно не скажешь правду.
— И с чего ты так решила?
Тея пронзила меня взглядом:
— Если бы ты хотел, чтобы я знала правду, ты бы не прикидывался другим человеком с самого начала.
— Это было необходимо, — я говорил сдержано.
— Почему?
Время для правды:
