Ворота оказались волшебными – они пели каждый раз, когда через них кто-то входил или выходил. Привратник не пел – он дремал, опершись на алебарду. Но приглядевшись, Эйхгорн в ужасе понял, что и алебарда, и сам привратник вросли в землю. Из ног обычного казалось бы человека струились древесные корни.
Остальные проходили мимо не задерживаясь. Но Эйхгорн, конечно, не мог не уделить внимания такому явлению. Досадуя, что смартфон давно разрядился и фотоаппарата нет, он просто достал диктофон и подробно описал удивительного привратника.
Эйхгорн охотно бы расспросил его, что это за корни, как такое вообще возможно, но привратник явно не был расположен к беседе. Он тихо посапывал, не обращая внимания на входящих и выходящих, да и вообще был скорее деталью интерьера, чем настоящим вахтером.
Настоящие вахтеры встретили Эйхгорна внутри. Там, в бледно-желтом свете волшебных светильников, сидели два худых человека с прилизанными волосами. Мужчина и женщина, одинаковые как две капли воды. Они буквально просканировали Эйхгорна взглядом, и мужчина полуутвердительно спросил:
- Первое посещение?..
- Первое.
- Десять колец.
Эйхгорн отсчитал десять дырявых медяков, и мужчина молча ссыпал их в раскрытый ящик. Женщина вяло повела рукой и сказала:
- Можете читать что угодно, но наружу ничего не выносить. Выйдете – посещение будет закончено. Если что-нибудь понадобится, можете попробовать обратиться к библиотекарям.
- Попробовать?.. – не понял Эйхгорн.
- Они не любят, когда им мешают. Лучше постарайтесь обойтись без их помощи.
- И еще попрошу вас здесь не курить, - добавил мужчина.
- А разве я курю? – саркастично осведомился Эйхгорн.
- Просто предупреждаю.
- В таком случае попрошу вас в моем присутствии не пердеть. Просто предупреждаю.
На самом деле курить Эйхгорну хотелось сильно. Он уже очень давно не курил. В Ибудуне на каждом шагу встречались кальяны, трубки с табаком и еще какие-то курительные устройства, но нормальных папирос Эйхгорн там не нашел. В Озирии же он вообще пока не видел курящих.
Но, конечно, курить в библиотеке – дело по меньшей мере неразумное.
Огонь здесь был в принципе под запретом. Коридоры и большая часть хранилищ тонули в полумраке, рассеиваемом лишь редкими волшебными светильниками. Их концентрация несколько повышалась в читальных залах, но у многих посетителей были собственные.
Эйхгорн шагал меж бесконечных книжных шкафов и чувствовал какое-то небывалое умиротворение. Он останавливался там и сям, светил на полки фонариком, брал ту или иную книгу, просматривал, ставил обратно.
И все яснее понимал, что ему не хватит жизни, чтобы прочесть хотя бы десятую часть здесь накопленного.
Сложно даже представить, сколько сокровищ сосредоточили стены Библиограда. В основном привычные книги – бумага, картонный переплет. Однако были и другие. Пухлые пергаментные тома в кожаных обложках, плотно скрученные папирусные свитки, даже каменные таблички с вырезанными на них закорюками.
Довольно долго Эйхгорн рассматривал шкаф с книгами из пальмовых листьев. Скрепленные специальными шнурами, они раскрывались подобно вееру, а обложками им служили деревянные дощечки.
Были здесь и книги, на книги вообще не похожие. На некоторых полках лежали клубки с явно узелковым письмом. На других – небольшие кубики из странного вещества. На третьих – нечто вроде обломков хрусталя.
Большую часть книг Эйхгорн мог читать, хотя по-прежнему не понимал, почему знает парифатский. Но здесь встречалось немало текстов и на других языках. Простые и скупые черты твинского. Нежные и плавные линии эльдуальяна. Руническая письменность подгорного. Заковыристые иероглифы ю-яна. Уже знакомый Эйхгорну Каш.
Названий перечисленных выше языков Эйхгорн ранее не знал. Но книги были рассортированы по темам, жанрам, а также языкам – и на шкафах висели соответствующие таблички. Правда, оставалось неизвестным, кто именно говорит на твинском или эльдуальяне.
Вероятно, твинцы и эльдуальянцы.
Несмотря на эти таблички, найти что-то конкретное было непросто. В Библиограде имелся целый картотечный зал, но он наводил ужас. Там царила темень, по полу дул холодный ветер, в углах скреблись жирные пауки, а вдоль стен стояли жуткие, похожие на гробы железные шкафы. Эйхгорн так и не сумел ни один из них открыть – да не особо и рвался, честно говоря. Именно из таких шкафов в фильмах ужасов вылезают вампиры и прочая нечисть.
В картотечном зале бродило несколько… видимо, библиотекарей. Эйхгорн не посмел обратиться к ним за помощью – очень уж эти создания напоминали морлоков Уэллса. Он вообще старался не глядеть в их сторону. Библиотекари бесшумно перебирали карточки, переносили туда-сюда книги, подшивали им выпавшие листы, подклеивали корешки и вообще выглядели чрезвычайно занятыми.
