- Уверяю вас... ваша светлость... – прокряхтел он. – Я... сейчас... настрою... Капризится, проклятая!..
- Вот, ученый, взгляни-ка, - повел дланью герцог. – Что скажешь?
- Ничего, - пожал плечами Эйхгорн. – Мне этот объект ни о чем не говорит.
- Это вечноработающая махина, - заявил герцог. – Вот этот наш добрый, но очень мелкий подданный уверяет, что если налить в нее воды, она будет вечно работать, в одиночку заменяя сразу севигу дровосеков.
- А если заменить пилу на другой инструмент, то и любых других мастеров! – крикнул из-за бочки гном. – Сейчас... настрою...
Эйхгорн окинул нагромождение дерева и металла снулым взглядом. Вечный двигатель, значит. Ну да, само собой разумеется.
Будучи в озирской библиотеке, Эйхгорн узнал, что на Парифате вечные двигатели таки есть. Волшебные. Для волшебников подобная задача – плевое дело.
Однако по-настоящему вечными они все равно не являются. Как современные земные механизмы работают на электричестве, так волшебная техника – на мане. Колдовской энергии. Так что такой «вечный двигатель» будет работать, пока не исчерпается вложенный в него заряд – а потом зови волшебника, подзаряжай.
Существуют, правда, и самозаряжающиеся механизмы, которые сами тянут ману из… откуда-то. Что-то типа ветряных и водяных мельниц – работают на возобновляемой энергии. Но эти гораздо сложнее в производстве и стоят бешеных денег, так что позволить себе их могут немногие.
А сделать действительно вечный двигатель, который будет работать сам по себе, не требуя никакой энергии извне... такого на Парифате тоже пока никто не сумел. Да и не сумеет никогда – законы термодинамики никто не отменял.
Но это не значит, что они не пытаются.
- Магии, как видишь, во всех этих веревках с колесами нет ни капли, - самодовольно заметил герцог. – Нет ведь?..
- Нет, ваша светлость, - коротко ответил стоящий подле трона волшебник.
Эйхгорн глянул на этого типа с любопытством. Ему еще не доводилось встречать магистров. Выше этой степени в Мистерии только профессора – да еще есть лауреаты Бриара, но это уже премия, а не звание.
- Уверен ли ты? – въедливо спросил герцог? – Точно уверен?
- Дракониты, ваша светлость, - мотнул головой волшебник.
Да, драконитовые кристаллы в стенах оставались тусклыми. Эйхгорн уже знал об этом парифатском минерале. В присутствии активной магии он начинает мерцать, а потому его используют в местах, где колдовство нежелательно. На суде, например – мало ли что. Или в казино – а то иные чародеи не прочь подзаработать плутовством.
Эйхгорну весьма повезло, что в парибульском королевстве о драконите и не слыхали. По счастью, эти кристаллы не слишком распространены.
- Ну вот видишь, магии нет, а работает, - подытожил герцог. – Что скажешь, ученый? Дельная махина, не так ли? Полезная?
- Бесполезная, - равнодушно ответил Эйхгорн. – Она не заработает.
- Что значит не заработает?! – подал голос гном, пиная свой агрегат. – Смотрите, ваша светлость!
И вода действительно полилась из верхней бочки на колесо. То некоторое время ворочалось на ремнях, вращая и пилу, но потом замерло.
- Капризится... – сконфуженно произнес гном, отвешивая механизму еще пинка. – До ума б довести, ваша светлость... Средств бы денежных, самую малость... А уж потом, когда до ума доведем!.. эхма, это ж шапкой деньги можно грести будет!
Эйхгорн хмыкнул. В отличие от заплывшего жиром герцога, незадачливый изобретатель был ему чем-то симпатичен.
И однако поступаться принципами он не собирался.
- Вечный двигатель невозможен, - твердо заявил он. – С магией, без магии – невозможен.
- И ты можешь это доказать? – пропищал герцог.
- Конечно. Закон сохранения энергии универсален. Он справедлив для всех мест и времен, и его нельзя нарушить даже волшебством – пусть мэтр поправит меня, если я ошибаюсь.
- Не ошибаетесь, - коротко прокомментировал волшебник.
- Что это за закон? – капризно осведомился герцог. – Мы не издавали такого закона! И наш царственный тесть в столице тоже!
- Это не королевский закон, а... божественный, - нехотя выдавил из себя Эйхгорн. – И согласно ему, энергия может переходить из одной формы в другую, но не возникать и не исчезать. Если в механизме нет внешнего источника энергии, он сможет поддерживать лишь собственное бесконечно долгое движение – и то лишь в теории. На практике же невозможно и это, поскольку любое действие сопровождается трением, а следовательно, энергетическими потерями. Любая сила рано или поздно исчерпается, и машина остановится.
- Нас это необычайно печалит! – возмутился герцог. – Ты разочаровал нас, наш подданный! Отчего ты нас так разочаровал?!
- Это не я вас разочаровал, а законы природы.
- Нам не нравятся твои законы природы! – вспылил герцог. – Мы повелеваем им измениться!
Эйхгорн с тоской вспомнил парибульского короля. Флексиглас Первый тоже не отличался высоким уровнем интеллекта, но все же непроходимым дуралеем не был. И самодурствовал умеренно, как-то даже по-дружески.
Тем временем дрожащий гном-изобретатель отчаянно старался доказать, что его машина все же способна нарушать начала термодинамики. Чего уж он только с ней не делал!
