И христианство, и ислам считают иудаизм своим предшественником. Мол, Авраам и пророк Моисей начали традицию, которую продолжают эти религии. Но продолжают-то они по-разному, и потому результаты различны.
Ислам взял в иудаизме в основном формальную сторону: внешние требования и запреты.
Христианство меньше заимствовало этих запретов, взяв скорее тревожную идею греха и идею стояния человека перед Богом.
Обе мировые религии брали что-то из окружающего их языческого мира. Но тоже разное.
Ислам взял поклонение метеориту и водному источнику: племенные языческие культы.
Христиане брали свою традицию не из племенных культур, как ислам, а из античной культуры. Влияние античности заметно во внешних формах христианства: в планировке христианского храма, в его убранстве — иконах, статуях, фресках, алтаре, сосудах. Но вот культов из античного язычества христианство не заимствовало. Христиане не поклоняются горе Олимп, соплеменным дубам и расщелине, из которой поднимался вулканический дым.
Из всего античного язычества они взяли только одну конкретную реалию: представление об аде — греки называли его Аид. По их вере, лишь некоторых самых страшных преступников боги наказывали в Аиде — как Тантала или Сизифа. Основная же масса умерших слонялась по Аиду как бесплотные, никому не нужные тени. Христиане стали считать, что ад — место наказания для всех. Уже в этом проявилось типичное для ариев отношение к человеку — требовательное, изучающее.
Это отношение к человеку, общее для всех ариев, очень усилено в античной культуре. А потом его еще больше усилило христианство.
Христиане заимствовали из античной культуры идею ответственности и самостоятельности человека. Для иудаистов главное — соблюдать запреты и ограничения. А что будет — то Йахве решит. Для мусульман — искренне верить в Аллаха, и пусть будет то, что Он задумал. Христиане же считают, что роль человека в судьбе мира огромна. Через душу человека проходит передовая линия, своего рода фронт борьбы добра и зла. Кто победит, прямо зависит от того, что выберет как можно большее число людей.
Одним словом — христиане соединили идею единобожия и важнейшие стороны античной культуры: античный рационализм и индивидуализм. На стыке этих культурных пластов и получилась та религия, которая стала одной из основ современной мировой цивилизации. Религия, которая выковала очень активных, неспокойных людей, постоянно и уперто стремящихся к совершенству. Людей, просто обреченных вечно что-то менять, куда-то мчаться, усовершенствовать, заимствовать и выдумывать. Религия, которую исповедует 40 % живущих на Земле человеческих существ.
Христианство порождено иудаизмом? Очень сомневаюсь! В христианстве ничуть не меньше античного, чем иудейского. Очень арийская религия.
Впрочем, и прямое происхождение христианства из иудаизма — очень сомнительное утверждение. Христианство родилось в громадной Римской империи, на стыке нескольких национальных культур.
Современные еврейские ученые не сомневаются: мировые религии — это такое упрощение иудаизма. Даже такой серьезный ученый, как С. М. Дубнов, бросает мимоходом: «Христианская религия, вышедшая из иудейской».[81]
Но Дубнов хотя бы не договорился до того, что евреи специально упростили свою веру для дикарей. А вот американский раввин Даймонт утверждает, что имела место «так сказать, «упаковка» еврейской религии на экспорт. Эта идея и дала миру христианство, а затем — ислам».[82]
В учебниках, выходящих в Израиле, прямо утверждается, что христианская церковь «вышла из еврейства». А как вышла, тут же стала ухудшаться: «Христианское религиозное мировоззрение все более отдаляется от основ иудаизма».[83]
Апричина — в политических игрищах церкви. Мол, «союз с императорской властью имел далеко идущие последствия для самой христианской религии». Опираясь на светскую власть, «маленькая еврейская секта превратилась в могучую и победоносную христианскую церковь».[84]
В общем, христианство — это иудаизм в «экспортной упаковке», для примитивных людей. Да еще и для подлецов: окрепли, стали писать доносы императорам, на том и поднялись. Сектанты иудаизма, одним словом, да еще и пальцы растопыривают.
Но это глубоко неверно. И утверждать нечто подобное нечестно — и в политическом смысле, и в научном.
Христианство родилось не из иудаизма как его секта. Оно возникло в громадной империи на стыке нескольких… даже на стыке многих культур. Разноплеменное, разноязыкое сборище нуждалось в объединяющей, интегрирующей идее. Идея Единого Бога все прочнее утверждалась в сознании масс. Накануне Богоявления из 35 миллионов жителей империи не менее 15 миллионов исповедовали или иудаизм, или митраизм, или культ одного какого-то из восточных богов.
