Арийская теорема полностью

Здесь неплохо было бы немного вспомнить историю. Норманны отправились на завоевание Англии в 1066 году, и получается, что за первые сто лет своего пребывания в Англии их язык практически не взаимодействовал с туземным. Причем нельзя однозначно утверждать, что данные норманны говорили на каком-либо из скандинавских диалектов. Во-первых. До вторжения в Англию они более ста лет проживали в Нормандии, которую отвоевали у французской короны. Завоевание Нормандии было закреплено договором между Карлом Простоватым и вождем норманнов Ролло в 911 году. За сто лет своего пребывания на континенте вояки Ролло должны были несколько «офранцузиться», если, конечно, так можно выразиться. Кроме того, именно скандинавское нашествие было успешно отражено 25 сентября 1066 г. при Стамфорд-Бридж (близ английского города Йорка). В этот день англосаксонское войско Гарольда II Годвинсона разгромило высадившихся в Британии норвежцев во главе с Харальдом Сигурдарсоном Суровым. Но уже через девятнадцать дней, 14 октября, англичане потерпели поражение при Гастингсе, столкнувшись с армией Вильгельма Завоевателя. Во-вторых. Общепринято считать норманнов Вильгельма скандинавами, однако, как отмечает историк английского языка К. Бруннер: «Трудно определить влияние скандинавского завоевания на развитие морфологической системы английского языка. Общая тенденция к отпадению падежных окончаний, проявившаяся в первую очередь в северной и восточной Англии, возможно, была обусловлена этим влиянием: при усвоении языка другим народом появляется обычно тенденция упростить падежные окончания. Но доказать скандинавское влияние на отдельные проявления этой тенденции к упрощению и унификации невозможно»²⁰⁹.

Между тем стоит задаться одним вопросом. Если не находится веских доказательств в пользу образования норман-пиджина из французского и скандинавских языков, то нельзя ли предположить его образование из другого языка-основы? Хотя бы просто предположить. В следующей главе мы поговорим на эту тему.

Выше я упомянул термин пиджин и не дал его определения. Памятуя о том, что не все читатели могут иметь лингвистическую подготовку, я хотел бы привести здесь очень общую информацию об этом языковом казусе. Пиджином называется язык с радикально упрощенной грамматикой и сокращенным словарем, который ни для кого из говорящих на нем не является родным. Для него характерны такие построения, как лес человек (в случае с английским woodman), пиджак вата, дом пища, при этом порядок слов имеет большое значение, поскольку дом пища — это, скорее всего, столовая, а пища дом может означать просто еду, приготовленную дома, домашнюю. Пиджины обычно имеют очень низкую функциональность, и разновидностью пиджина с более широкими возможностями является койне. В некоторых случаях пиджин становится родным языком для какой-то группы населения, в этом случае он значительно расширяет круг своих функциональных возможностей и становится креольским языком, каковых сейчас в мире имеется свыше шестидесяти и разговаривает на них около 30 млн. человек. Кстати, большинство креолов возникли из развития пиджинов на базе западноевропейских языков. Таким образом, нынешний английский есть, не более и не менее, как креол на индоевропейской основе. Именно поэтому А. Мейе был абсолютно прав, когда утверждал (см. выше по тексту), что «очень трудно было бы доказать, рассматривая только современный английский и забыв о его прошлом, что английский — это индоевропейский язык».

Итак. Креолы, койне и пиджины суть есть одно и то же явление, только с разной степенью функциональности. Их отличительной чертой является разрушенная ИЕ грамматика. Они могут быть отнесены еще и к так называемым лексикологическим языкам, которые противопоставляются грамматическим. Образцом ультралексикологического языка является китайский, а образцом ультраграмматического — санскрит и индоевропейский праязык. Так, во всяком случае, считал Ф. де Соссюр²¹⁰. Он увязывал данную классификацию с «мотивированностью» или «немотивированностью» языка (чем меньше в языке произвольных языковых знаков, тем более он мотивирован).

В связи со всем вышесказанным следовало бы, пожалуй, задаться одним вопросом. Но английского языка он касаться не будет. Не представлял ли современный китайский язык (основной диалект — путунхуа) в своей глубокой древности какой-то пиджин? В общем, устройство китайского языка вполне умещается в схему «один слог — одно слово — один иероглиф», в которой грамматические отношения выражаются служебными словами и порядком слов. В древнекитайском грамматическая ситуация выглядела, в принципе, той же самой, однако, как указывает С. Е. Яхонтов, в отличие от современной формы, в нем обнаруживается «довольно много элементов флексии»²¹¹.