Ни произнеся ни слова, мужчина, не выпуская руки девушки, потянул ее за собой, направляясь к дому. Войдя внутрь, он провел ее к массивной двери, возле которой сидел еще один молодой человек в строгом черном деловом костюме, кивнул ему и постучался. Как только послышалось приглушенное “да”, взялся за руку, открыл дверь и пропустил Арину вперед, вошел следом и встал у девушки за спиной. Арина услышала, как щелкнул дверной замок, слегка усмехнулась этому и устремила свой взгляд на мужчину, с серьезным хмурым видом сидящего за большим черным столом.
– Добрый день! – пробасил Глазунов старший. – Марина, я пригласил вас сюда для важного разговора.
– Что-то я не расслышала приглашения, – усмехнулась Арина.
Казалось, мужчина пропустил ее укол мимо ушей, и продолжил:
– У меня есть сведения, что вы были в машине с моим сыном, – ровным голосом, произнес он.
– Интересно, – удивленно протянула девушка. – И как же, по-вашему, я тогда выжила?
– Вот я и хотел у вас поинтересоваться, как вам это удалось? – Глазунов старший устремил свой надменный взгляд черных непроницаемых глаз на Арину, от которого, ей должно было стать по крайней мере неуютно, но девушке было абсолютно все равно.
– Вы хотите меня выставить виноватой в смерти сына? – вскинув брови, спросила она.
– Я пытаюсь выяснить все обстоятельства смерти моего единственного сына, – сквозь зубы, стараясь держать себя в руках, процедил мужчина.
– Мне кажется, причина и так вполне ясна, – спокойно пожала плечами девушка.
– Неужели? – он растянулся в пренебрежительной усмешке. – Поведаешь???
– Да пожалуйста! – пожав плечами, равнодушно ответила Арина. – Не хрен было бухим садиться за руль.
От такой наглости, мужчина поперхнулся, ошарашенно уставился на нее, но спустя мгновение, справившись со своим удивлением, побагровев от злости, прошипел:
– Ты ох…ла!
– Правда глазки колит? – по-детски рассмеялась девушка и, понизив голос, зло продолжила: – Ищешь виноватых? Думаешь на кого спихнуть свою вину? Ты сам это допустил! Только ты и никто иной виноват в его смерти! Ты покрывал его выходки, ты заменял родительское внимание и любовь баблом, ты внушил ему, что он пуп земли и может творить всякую дичь безнаказанно.
– Заткнись! – с ненавистью завизжал Глазунов старший. – Заткнись, тварь! – спокойнее произнес он.
– И не подумаю, – надменно фыркнула Арина, она чувствовала, как внутри нее начинает разгораться огонь, как ее внутренний демон рычит, выплескивая всю ненависть, накопившуюся в девушке к этому мужчине, покрывавшего ее убийц. Спокойно и уверенно глядя в глаза Глазунова старшего, раздув ноздри и заиграв желваками, она продолжила: – Хочешь докопаться до истины!? Только она тебе не понравится! Ты помог избежать своему сыну и его друзьям наказание за убийство девушки, которая виновата только в том, что отказала одному из них. Ты не моргнул глазом, выгораживая всю троицу. Вот твоя истина!
– Надеюсь, ты понимаешь, что только что подписала себе смертный приговор, – спокойно усмехнулся Глазунов. – Не знаю, откуда тебе стала известна та история, но живой отсюда ты уже не выйдешь.
– Я не была бы столь уверена в этом, – надменно усмехнулась Арина.
Ее не удивляло то, что сейчас ей было абсолютно не страшно, вот ни единую капельку. Даже где-то глубоко внутри не подавал признаков жизни неприятный холодок страха. Она хорошо слышала своего внутреннего помощника, подсказывающего ей нужные слова, и держащего в узде вспыхнувшую ярость девушки.
– Ты так уверена, что твой папенька спасет тебя? – вальяжно развалившись в своем высоком кожаном кресле, нагло протянул отец Эда. – Так я тебя огорчу. Твой отец просто на просто не успеет. Я даже больше скажу, что после того, как я разберусь с тобой, примусь за его сингапурский бизнес.
– Напугал, – беспечно махнула рукой в ответ девушка. – Ой, боюсь, боюсь, – рассмеялась она, глядя на вытянувшееся от удивления лицо мужчины.
Он явно не мог никак понять, почему эта девица не бьется в истерике, не пытается просить пощады, а продолжает гнуть свою линию. И это привело его в бешенство, что не важно начало сказываться на его самочувствии. В данный момент, Глазунов еще не чувствовал этого, но от Арины не ускользнуло, как его сердце начало пропускать удары.
– Мне глубоко плевать, боишься ты или нет, – попытался усмехнуться Глазунов, но вышло уже весьма плохо.
Он махнул рукой, подавая знак стоящему за спиной Арины своему охраннику. Девушка почувствовала удар в затылок, но для нее это было, словно укус комара. Повернувшись на опешившего парня, она возмущенно воскликнула:
– Ты сдурел? Больно же!
Молодой человек удивленно уставился на свой пистолет, рукоятью которого только что довольно сильно приложил девушку по затылку, из-за чего она, как минимум, должна была потерять сознание, но вместо этого испепеляла его гневным взглядом.
