Отвожу взгляд и смотрю на Алекс, она начинает капризничать и недовольно морщить носик, так похоже на отца, и Дан это тоже замечает, смотрит на меня в ещё большем шоке, потом на Кая, и на Алекс, потом опять на меня, и тут его осеняет, тот вопрос который я мечтала услышать, сказав на него правду, и тот, который боялась, как огня.
— Сколько ей? — говорит хрипло, все ещё водя глазами на Кая и Алекс, вот и пришла моя очередь немного открыться, немного открыть свою тайну.
— Год и два месяца. — говорю тихо и закусываю губу.
— И, кто отец? — посчитав в уме немного, спрашивает он.
— Я не знаю, — совершенно честно отвечаю, — Алекс, малышка иди к маме, — зову крошку, ведь пора кушать. Она медленно поворачивается на мой голос и ступает шажок за шажком.
— Пойдём покушаем, — кошусь на всё ещё одеревенелого Дана, мне нужно время переварить его слова, так как и ему — мои.
Ухожу в комнату и не закрывая дверь сажусь на кровать, достаю лоточек, ещё теплый, и даю малышке кушать.
— Охренеть, — слышу голос Кая, а потом звук, похоже он сел в кресло, точнее рухнул в него, — ты думаешь тоже что и я?
— Да, думаю да, но нужно спросить точно, иначе я себя сожру. — усмехаюсь на этих словах.
Боже, всё что я услышала, это конечно хорошо, но мне так и не понятно, как он отвертелся от свадьбы, и что теперь. Хотя если они нас примут, я могу точно сказать, что моё сердце уже всецело принадлежит этим мужчинам, оно уже давно их, осталось только сказать им об этом.
Покушав, через некоторое время Алекс засыпает, моя крошка, аккуратно ложу её на кровать и укрываю покрывальцем, она мило сопит в покрывальце. Выхожу к мужчинам, и прикрываю дверь в комнатку, где спит наше солнышко. Наше- даже звучит офигенно.
— Она моя дочь? — сразу, без предисловий, в лоб, спрашивает Кай, как только я поворачиваюсь к нему, и смотрит, а во взгляде, укор, злоба, нежность, восхищение и…. любовь, очень много любви.
— Я не знаю, — мнусь на месте, ну я и вправду не знаю, — она определённо ваша, а чья именно я не знаю, ведь теста так и не делала. Но видимо да, твоя, ведь как две капли воды вы с ней похожи.
Опять повисает это гнетущее молчания, практически все карты вскрыты, осталось дело за малым.
Он смотрит и смотрит, так пристально, так долго, а потом подрывается и в пару шагов стоит уже передо мной, я же застыла у двери. Берёт меня за волосы, тянет так, чтобы я посмотрела в глаза, а потом целует. Напористо, властно, страстно, выбивая дыхания с меня, рывками вырывая его. И я задыхаюсь, цепляюсь за его плечи, отвечаю так же напористо и сильно, кусаю за губу, оттягиваю её, а потом опять зализываю, снова и снова вступая в схватку, языками.
— Спасибо, — оторвавшись от губ, касаясь лбами, шепчет он, всё ещё тяжело дыша.
— За что? — непонимающе смотрю на него.
— За то, что она есть.
— Кто? — видимо у меня в голове всё ещё каша.
— Алекс, спасибо за то, что сберегла её, только вот теперь и не надейся сбежать, я тебя не отпущу. — рычит и снова клеймит меня поцелуем. Я и не собираюсь уходить глупенький.
Мы целуемся некоторое время, а потом Кай отпускает мои волосы, которые порядком уже начинают побаливать, смотрит затуманенными глазами и хрипло говорит:
— Иди к нему, вам нужно поговорить на едене, а я пойду к дочке, — целует в уголок губ, а я млею от того, как он говорит о нашей дочери. Уму не постижимо, Нашей дочери.,-и Милена, — останавливается практически скрывшись за дверью, а я смотрю на него немного вопросительно, — Я люблю тебя.
— И я тебя люблю, — уже без опаски отвечаю то что так рвалось много месяцев из меня.
— Правда? — шепотом переспрашивает, будто не веря своим ушам.
— Правда, — так же шепчу я.
— Теперь точно не отпущу, — быстро подходит, дарит ещё один поцелуй, но уже мягкий, и он уходит к дочери, я же остаюсь стоять и уже в упор смотрю на Дана, который не сводит свои глаза с меня. И то что я в них вижу, мне совсем не нравиться, он как будто будет сейчас прощаться. Но я не позволю.
— Я тут так подумал..-начинает, но он скажет сейчас какую-ту глупость, и будет плохо всем. Поэтому быстро преодолеваю расстояние между нами и седлаю его, целую, а он, оторопев не знает, что делать, но я целую, целую, пока наконец он не хватает меня за бедра и не притягивает к себе больше, вдавливает в мощное тело.
— Я люблю тебя, очень сильно, — шепчу то, что должна была сказать ещё два года назад. А Дан смотрит на меня, и глаза выпучивает будто я сказала какую-то чушь..-Что? — не выдерживаю этого взгляда, уж очень сильно он бьет меня.
— Любишь? — хрипло переспрашивает.
— Да, — отвечаю без колебаний, улыбаясь ему, — очень, ещё тогда полюбила, прости что сбежала ничего не сказав, и не поговорив. — говорю честно и от чистого сердца, ведь это правда. Я тогда струсила, и уехала, лишив счастья не только себя.
— Ну-у-у, — тянет задумчиво и смотрит в сторону, — может нам и нужно было это время, только вот теперь нужно его наверстать. — философски говорит, а я понять не могу к чему это он, но через секунду понимаю, когда Дан встает, со мной на руках и относит в ванную комнату.
