– Я больше не хочу сниматься, Дани. Закончим этот сериал, и я уйду.
– Куда? – вскинул он глаза.
– У нас с сестрой нет таланта, ты сам это знаешь. Только хорошенькие мордашки, и это пока прокатывает, но без таланта далеко не уедешь… Хотя у Лиды есть кое-какие способности, мне кажется, их можно развить. А у меня совсем нет. И будущего в кино нет. Надо уходить, пока не поздно. Время идет, у меня никакой профессии… Я заработала немного денег, пока снималась, смогу на них жить во время учебы.
– И где ты хочешь учиться?
– В том-то и дело, что не знаю… Буду думать.
Даниэль ничего не ответил. Они закончили есть и взяли чай. Молчание длилось.
Наконец и с чаем покончили. Они поднялись. Люся, не глядя на Даниэля, направилась к лифтам.
– Погоди! – Он ухватил ее за рукав.
Она остановилась и посмотрела наконец ему в глаза.
Он смутился и взгляд отвел.
– Ты что-то хотел сказать? – спросила Люся ровным, нейтральным голосом.
– Да… Что твое решение нужно обсудить… Это серьезный шаг, надо хорошенько поразмыслить…
Люся кивнула. Правильные слова. Но не те, которые она надеялась услышать.
– Знаешь что? Заходи ко мне сегодня вечером, – добавил Даниэль, – мы обо всем поговорим. Хорошо?
Люся снова кивнула, но в груди горячо плеснулось: они ни разу не оставались наедине. Два брата, две сестры, всегда общие посиделки. А тут… Это что-то означает? Или ничего?
– В котором часу?
– В… Если хочешь, поужинаем вместе. Тогда в семь.
– Я могу приготовить.
– Не надо. Я закажу доставку из ресторана. Туда не приглашаю, слишком шумно. А у нас серьезная тема.
Люся кивнула в подтверждение.
– Тебе что: рыбное, мясное?
– Я ем все, ты же знаешь. На твое усмотрение.
– Тогда в семь?
Он вдруг улыбнулся, и на его правой щеке обозначилась небольшая ямочка, которая Люсе так нравилась.
– Только давай я к тебе тихонько проскользну, чтобы Лидка не видела. А то она подумает, что между нами…
– Тебя это беспокоит?
Люся пожала плечами.
– А тебя?
– Скажешь, что я позвал тебя над ролью поработать.
– Она не поверит, но ладно, – усмехнулась Люся.
– Лично мне без разницы, что подумает твоя сестра. А если тебя смущает, то…
– Нет.
Даниэль взял ее за руку. Как старший брат… Или?
Лифт приехал, они вошли. Попутчиков на этот раз не оказалось, в кабине они были одни. Он все еще держал ее за руку.
– Даниэль, а… – внезапно осмелилась Люся, – а вдруг сыщики правы? Мы ведь действительно с вами совсем, ничуть не похожи! Вдруг я не сестра тебе…
Опустив глаза, пряча на их дне всполохи горячего света, она высвободила свою руку и легко, невесомо дотронулась пальцами до его груди.
И у него в груди внезапно загорелось – да так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Он поймал ее пальцы, сжал. Постояв так некоторое время – ее глаза опущены, его устремлены на ее лицо, – Даниэль принялся медленно, по одному их целовать, поочередно вкладывая к себе в горячие губы.
Эта пытка не могла продолжаться бесконечно. Казалось, сейчас что-то взорвется, полыхнет, ослепит…
Но нет, просто разъехались двери лифта: они прибыли на нужный этаж.
– Перерыв закончился, – проговорил Даниэль, отпуская ее пальцы. – Пора на площадку…
И снова день, похожий на вчерашний. И на позавчерашний, и на все предыдущие дни – старые, ветхие, выцветшие. Первую неделю Анжела еще как-то выдержала – надо ведь соответствовать статусу новобрачной, проводящей медовый месяц в раю! – но вторая неделя стала тихо сводить ее с ума. Она уже сделала все возможные селфи, собрала уйму «лайков». Преданная публика – читатели ее блога – снова и снова исступленно бросалась к ее ногам. Богиня, ты восхитительна!
Очень смешно.
И очень скучно.
Но уехать тоже нельзя. Народец из соцсетей легко надуть, но у нее, «светской львицы», имелось множество знакомых в реальной жизни. И они пристально следили за ней. Иногда Анжелика даже завидовала всем этим серым мышкам, неспособным сорвать восхищенное внимание поклонников: они жили спокойно, никто не жаждал разглядеть их в бинокль. Однако существовали они бесславно – словно их и не было на свете. Как можно, спрашивается, согласиться на подобное? Да, жизнь в лучах прожекторов утомительна, – но это жизнь!
Так что придется вытерпеть вторую неделю рядом с пузатым новобрачным. Анжелика старалась делать снимки с любимым мужем таким образом, чтобы его необъятная туша выглядела поприличнее.
Впрочем, любая бездюлька (именно так она мысленно называла юных охотниц за состоятельными мужчинами) за честь почла бы лечь под эту тушу. Учитывая его вес…
Ха-ха, не в кэгэ, конечно. В миллионах.
