Слишком много они несли проблемм.
Вот только та ссторона Шадо, что была готова вытаскивать котёнка из под колёс машины, эта сторона, она была готова к тому, чтобы сохранить отголоски этих чувств в своей душе.
Вот только казалась, что сам парень не обращал внимание на те чувства, что он воскрешал в чужих душах.
Казалось, что он этого просто не замечает. Вот только сие профессиональной наёмницк казалось весьма странным. Это было не плохо, но и не хорошо. Вот только Шадо не понимала как к этому относиться. С одной стороны, она хотела сохранить дружеские отношения с Митрой. С другой была бы рада переводу этих отношений в другую плоскость.
Вспомни, разве ты читал святые книги?
Ты не смог сдержать соблазна
Получить себе все сразу,
И решил призвать Великих,
Так взгляни же в демонические лики!
Вот только нужна ли была такая как она Митре?
Несмотря на его характер девушка весьма слабо понимала его.
Он был будто бы сплетён из двух половинок. Да и не похож он был на богатого мажора. Иное отношение к людям, иное отношение к смертям, иное отношение к оружию. Да-да, к оружию. Свои клинки Куин любил.
Любил так, как любят любимую девушку или память о хороших моментах прошлого.
Это не любовь,
Это Дикая Охота на тебя,
Стынет красный сок,
Где-то вдалеке призывный клич трубят,
Это - марш бросок,
Подпороговые чувства правят бал,
Это не любовь,
Ты ведь ночью не Святую Деву звал!...
Идею с соблазнением, рациональная сторона девушки отвергла сразу.
Ибо было понятно, что парень на это не поведётся.
Да и не хотелось её портить отношение с Митраой.
Ибо девушка была ему многим обязана. Парень мог её предать или бросить, после обмана. Но не стал этого делать. Будто понимая её мотивы. А это удивляло: откуда богатею знать чувство долго?
Вот только Митра будто решил поиздеваться над отношением Шадо к определённым социальным категориям.
Когда пытаемый, боящийся всего, защуганный, дрожащий парень, внезано, превратился в матёрого убийцу - сие не могло оставить равнодушной девушку. Её "тёмная" сторона облизнулась, желая заполучить юношу себе.
Ты устал смотреть на праведные лица...
Мы тебя не осуждаем,
Просто жжем и убиваем,
Ты влюбился в демоницу
И решил ей подарить свою столицу...
Вот только Митра почему-то никак не отреагировал на попытки соблазнения.
От слова совсем. То ли и вправду не понимал о чём речь, то ли просто боялся чего-то.
Вот только что было страшного в стремление девушки?
Шадо не знала. Митра будто пытался не предать память о ком-то. Вот только почему так себя вёл богатый юноша? Шадо не понимала. И ей было интересно разгадать этот секрет.
Но это не любовь!
Это Дикая Охота на тебя,
Стынет красный сок,
Где-то вдалеке призывный клич трубят,
Это - марш бросок,
Подпороговые чувства правят бал,
Это - не любовь,
Разве ночью ты Святую Деву звал?... Это не любовь!
Что же, дочь охотника была охотницей по натуре. И эта дичь её интересовала.
* * *
Трое разных людей тянулись к центру лагеря.
Кто раненный, кто уставший, а кто целый и невредимый.
Кто идущий, прихрамывая на правую ногу. Кто идя бодрым шагом.
Кто идующий с лёгкой ухмылкой, а кто шествующий с крайне спокойным выражением.
Молча они вытащили скамью из палатки. Молча вытащили большую чугунный котёл. Мочла развели костёр. Молча готовили пищу. Молча но довольно. Весьма довольно проделанным.
Им ещё предстояло выбираться с острова. С этого прекрасного острова. Хотя Митра Куин и подумывал о том, что необходимо будет попытаться это место прикупить. "Дабы врагов в темнице кованной пленить"
Но с неповреждённой радиовышкой, знаниями двух профессианальных военных, умениями Митры, навыкими Шадо - шанс на спасение был. Весьма неплохой шанс надо сказать. Бывали и меньше. Правда до следующего самолёта спасетельного было как минимум пол-года, но сие не так много, как могло показаться. Да и Митре требовалось понять кое-что важное.
* * *
- Моё имя известно!
И меня повсеместно
Обречённо боятся.
Меня тянет смеяться!
"Очень страшный тип" -
Их стереотип.
Объективно говоря Яо Фей любил этот остров.
Лян Ю был для него отнюдь не мучильней, а чистилищем.
Остров в целом позволял мужчине быть собой.
Он не искажал его идеалов, не мучал. Ну а то, что приходилось убивать, чтобы жить...
Яо Фей убивал лишь врагов и животных. Последних - не для развлечения, а в колличестве достаточном для пропитания. А люди... Убийство людей для бывшего солдата китайской армии практиески не отличались от убийства животных.
Что сказать: война изменяет. Но не меняется сама. В своей сути.
Я матёрый старый волк!
Я в охоте знаю толк!
И с ружьём наперевес
Выхожу в родной свой лес.
Для меня в лесу вовек
Зверю равен человек.
Чем отличись последние месяцы от прошлых?
Тем, что ублюдок Фаерс похитил дочь охотника.
Втянул постороннего человека в их междуусобничек.
А этого по мнению Яо Фея делать было нельзя. Именно тогда китаец и понял, что с острова пора уходить. Иначе - его поймают. А всемте с ним проиграет и Дочь. Охотник утянет её вместе с собой на дно озера страданий.
Поэтому дочь следовало вызволить и утянуть в большой мир. К сожалению Эдмунд знал слабое место азиата.
- Безусловно, вы правы -
Я опаснее волка!
