Левиил свободной рукой натянул штаны и застегнул ширинку.
- Сдались бы вы уже, что ли, нечисть, - проговорил он. - Меньше в аду срок мотать придётся.
Гелада, оторвав от залитого слезами лица ладони, впилась в архангела покрасневшими колючими глазами:
- Это ж по какому такому полному праву меня в ад? Я законов не нарушала! Убивствам и кражам малолетних не учу, пожары не устраиваю, коров молока не лишаю, эпидемии да голодоморы не организовываю… А то, что я веду неразборчивую половую жизнь, так я на это право имею, нету таких законов, чтобы мне запрещали мужиков любить!
- Зато есть закон, запрещающий изнасилование, - заметил Левиил.
- Ой, ой, гляньте на него! - расхохоталась чертовка. - А что ты изнасилованием-то назвал, чистоплюй ты, архангельский? Да ты знаешь, что все мужики, которых я снасильничала, потом снова меня просили их снасильничать? На коленях стояли, ручки целовали! А ты, дурень, упустил такую возможность!
Левиил ничего не ответил, только сел, как прежде, на полку, мысленно запасаясь терпением. Теперь его понадобится много. В терпении он должен превзойти Тарапуку и не отпускать того до тех пор, пока у того не сдадут нервы и он не расскажет, где спрятан меч Глюцихека.
- Так что не за что меня в ад отсылать! - продолжала Гелада. - Хотя, конечно, в аду-то хорошо, - мечтательно добавила чертовка. - Там у нас весело! По праздникам такие карнавалы закатывают - ууу, вам и не снилось! А какие там выращивают тыквы с горящими ртами и глазами - ммм, объедение! А какие кусаки, портяночники, глазульки! А какие блюда там готовят в ресторанах! Пробовали когда-нибудь пустопрах в сливках двенадцатирогой мумухи? А верточервей в соусе из картавони?
Тарапука брезгливо наморщил нос и сделал вид, как будто его тошнит и он хочет блевать. Это не прошло мимо внимания Гелады.
- Что, сранный падший, что рыло воротишь? - проорала она. - Наше тебе не нравится? Чертей не уважаешь? Ну и торчал бы в своём нафталиновом раю, нечего было к нам соваться! Ишь, какой индивидуй облезлый, адское питание ему не по вкусу!
Тарапука ничего не ответил, только с презрением отвернулся к окну, делая вид, что разглядывает мелькавшие за ним пейзажи, которые, по правде говоря ему, падшему, были до лампочки.
Гелада замолчала, о чём-то усиленно думая.
Затем, прищурив левый глаз, она обратилась к Мукоморге:
- Вот что, подруга. Есть у меня одна задумка, как ещё попытаться совратить этого ангелочка, - она указала носком туфли, обутой на её ноге, на Левиила. Материализуй-ка мне наручники, да ещё кандалы на ноги!
Мукоморга сразу ожила и в несколько минут из ничего материализовала наручники и кандалы для ног. Гелада, взяв наручники, поднялась с полки и вдруг резко шагнула к Тарапуке, застегнула браслет наручников на его правой руке, а другой браслет прикрепила к металлической вешалке для полотенец, торчавшей из стены.
- Эээ, ты чего творишь? - закричал Тарапука.
Но чертовка, невероятно проворная и быстрая, уже одевала кандалы на его ноги и прикрепила их цепью к стальной палке, поддерживавшей столик у окна.
- Это чего ты себе позволяешь? - падший дёрнулся, пытаясь встать, но не смог из-за прикованной наручниками руки к стене купе.
- Ну, вот что! - деловито заговорила Гелада. - Если этот несознательный архангел не понимает всех прелестей насильничанья, надо ему показать на ком-нибудь, как это приятно. Прямо у него на глазах. Вот я сейчас этого переодетого попика прямо тут, перед ним, трахну, а он посмотрит, да тоже захочет!
- Не вздумай! - в ужасе завопил Тарапука и тучное тело его заскакало вверх и вниз. - Соблазни! Лучше соблазни меня! Покажи мне радости извращений! Позиции камасутры! Минет! Продемонстрируй этому ангелочку на мне все радости хорошего здорового секса, а не подлого насильничанья! Я не хочу быть изнасилованным!!!
- Много ты понимаешь в хорошем здоровом сексе! - проворчала чертовка, задирая рясу на Тарапуке и стягивая с него штаны. - Да не вертись ты, болванище! Расслабься и получай удовольствие!
========== Глава 23. Логическая беседа ==========
Тарапука хоть и был скован по рукам и по ногам, но сопротивлялся с такой яростью, что рука Левиила, прикованная к его левой руке, тряслась невероятно. Падший орал во всё горло, звал на помощь, даже умолял архангела, чтобы тот попытался его защитить. Но тот только отворачивал лицо в сторону, собирая всю силу воли, чтобы снова не вытошнило.
