А потом началось! Никакой воды она ему не таскала и не грела:
- Нечего тебе намываться! По мне так лучше, когда мужик грязный да вонючий, мне такой запах родной ад напоминает!
И кормила всякой пакостью. В основном, гнильём. Если мясо, то с червячками, если колбасу, то воняющую, как труп. Гнилые овощи, тухлые яйца, даже воду заставляла пить застоявшуюся. А если он отказывался этим питаться и орал, что лучше она пообедает или поужинает у друзей, начинала его бодать рогами и таскать за волосы:
- Ах, ты поросёнок неблагодарный! Да у нас в аду тухлятинка и гнилятинка это первое дело! Что ты в деликатной пище понимаешь!
Да и в постель она с ним нормально не ложилась: обязательно изнасилует, да ещё искусает и клок волос выдерет.
- Я люблю тебя до боли! - твердила она.
- Так ведь боль-то моя! - рыдал мудрец.
- Ну, ради того, чтобы женщина любила, настоящий мужчина ещё не то потерпит! - отвечала чертовка.
Несколько раз он пытался от неё бежать. Но каждый раз она его ловила, запрыгивала ему на спину, хлестала нагайкой и гоняла по склону гор до полного бессознательного состояния в наказание.
Разумеется, мудрец так протянул недолго и помер.
А после кончины в рай было намылился.
Да не тут-то было! Чертовка тут как тут, в ад его к себе уволокла:
- Наконец-то я в аду буду при муже! Быть тебе в аду! Моим мужем! Вечно! Ха-ха-ха!!!
Вот такая история пришла на память Левиилу.
А между тем, Снежанна продолжала, обращаясь к Тарапуке:
- Видишь, ты оказался в тупике. Единственно, что ты можешь - это ещё немного потянуть время…
- Так я его потяну! - прорычал падший. - Хотя бы вам назло!
- Однако, если бы ты указал нам, где находится меч Глюцихека, ты значительно облегчил бы свою участь.
Тарапука раздражённо расхохотался:
- Как это? Вы не отправите меня в ад?
- Ад большой и разный. Там есть места, где тебе было бы полегче отбывать наказание.
- Ха-ха, это как? В аду меня поджидает моя жёнушка-чертовка, а хуже неё может быть только макание в говно!
- Тебе не придётся возвращаться к твоей жене и макать в… Мммм… Экскременты тебя тоже не будут. Мы можем договориться, чтобы ты отбывал срок в адском монастыре.
- Где, где? В монастыре? Адском? Монастырь - в аду?
- Не удивляйся. Этот монастырь недавно отстроили черти-мужчины, чтобы прятаться в нём от своих жён. Это надёжное укрытие, настоящая крепость с высокими толстыми стенами, надёжными воротами, которые не пробьёт никакой таран, с колючей проволокой, в которую проведён мощнейший разряд тока, и сигнализацией. В крепости также имеется оружие на тот случай, если жёны-чертовки нападут на монастырь с целью вернуть мужей себе. Там есть пушки, пулемёты, большие запасы ящиков с гранатами, катапульты, котлы со смолой. Всё очень надёжно.
- Думаете, этого достаточно? - усомнился Тарапука.
- Да, запасы оружия очень, очень велики. Черти живут дружно и соблюдают определённые правила гуманности друг к другу из сочувствия, потому что все они товарищи по несчастью. Так что топить в экскрементах там тебя никто не станет.
- Какое счастье! - с иронией в голосе произнёс Тарапука. - Меня не будут топить в говне и не сдадут моей жене! Я буду прятаться в монастыре с добренькими сострадательными чертями! А ничего, что я ненавижу скуку больше всего и именно из-за неё я отказался от вашего нафталинового рая? - его рот свирепо покривился в сторону.
- Но черти там не так уже скучают.
- В монастыре - и не скучают? - недоверчиво прищурился падший.
========== Глава 27. Радости адского монастыря ==========
- В монастыре - и не скучают, - с грустной улыбкой подтвердила Снежанна. - Там они пьют вино, - она тяжело вздохнула, очевидно, архее было неприятно говорить о чьих-либо порочных развлечениях, - увлекаются азартными играми и иногда даже их посещают женщины… - она запнулась и поджала губы в знак того, что ей и вовсе противно это произносить вслух.
- Какие ещё женщины?! - встревожился Тарапука. - Разве крепость не закрыта надёжно для чертовок?
- Это не чертовки… Это грешницы, - Снежанна с трудом и брезгливостью выдавливала из себя каждое слово. - Они отрабатывают свои грехи, приходя в гости к чертям в монастырь и ублажая их порочными грязными страстями. За каждое… посещение черти списывают им ноль десятых процента от их грехов… Фе, какая мерзость! - тихо добавила она.
- Так, так! - глаза падшего начали загораться живым огоньком. - А грешницы-то хоть симпатичные?
- Других черти к себе в крепость не пускают.
- Ага… А грешницы-то эти хоть искушены в вопросах любви? Умеют ублажать как следует или думают, что им спишут грехи за то, что они полежат бревном?
- Хватит! - резко перебила его Снежанна. - Просто противно рассусоливать эти нечистые подробности! В общем, я внесла предложение - тебе решать, Тарапука. Откажешься нам помогать - всё равно окажешься в аду, только уж тогда попадёшь прямиком в лапы своей жёнушке - она тебя не забыла, только и жаждет встречи с тобой, только и говорит об этом, как одержимая. Хочешь повидаться с ней? - грозно выкатила глаза на падшего архея.
- Не хочу, - пробормотал Тарапука, бледнея.
- Тогда скажи, что ты решил?
