– Вот видишь! – Калдор с довольным видом указывал рукой на испытуемого. – Я же говорил, что это не выпивка, а настоящее чудо. Отдам бурдюк всего за пять медяков. Но для тебя, уважаемый, есть специальное предложение, если возьмешь сразу две бочки, то цена всего восемь серебряных монет.
У дрессировщика в запасе еще имелось несколько приемчиков и фраз. Он почти не сомневался, что трактирщик купит отвратительное пойло, но испытуемый неожиданно захирел. Пьяницу вырвало кровью, перемешанной с остатками непереваренной лепешки, что тот съел меньше часа назад. После этого послышался громкий выход газов из заднего прохода бедолаги, а штаны окрасились кроваво-фекальными массами.
– Ой… – Калдор растерянно пожал плечами, когда обмякшее тело грохнуло на пол.
Посетители зажали носы, пытаясь укрыться от едких зловоний. Один из них подошел к упавшему и морщась проверил наличие дыхания. После поднялся и помотал головой.
– Убийца! – завопил во весь голос трактирщик.
– Душегуб! Стра-а-а-ажа! Ловите его! – поддержали посетители.
Растерянный Калдор поспешил наружу, но там его уже ожидали два мамелюка, что патрулировали улицу. Дрессировщик замер, держась за скимитар. Стражники опустили перед собой алебарды.
– Лучше не надо, – прохрипел один из стражей.
Скорпион никогда не сдается мамелюкам. Этот завет Калдор помнил с самой первой битвы, когда скрестил оружие с «черными стражами». Так называли мамелюков кочевники бедуины и члены банды Пустынных скорпионов. К тому же, задание практически выполнено и артефакт найден. Пусть атаман и велел идти вместе с караваном из-за соображений безопасности, но верный зверь и скимитар всегда служили надежно. Можно забирать сердце и уходить. Но для начала нужно сразить двоих стражников… а после еще добраться до шатра…
– Оглох?! – не выдержал второй мамелюк. – Отстегни пояс с мечом и сдавайся.
– Да я ведь ничего не сделал, этот доходяга помер от пьянки, – дрессировщик добродушно улыбался.
– А-а-а-а-а-а! – душераздирающий крик раздался внутри трактира.
– Мертве-е-е-ец! – трактирщик вылетел из дверей словно ошпаренный, сбив с ног Калдора.
Заклинатель ящеров едва успел сгруппироваться, чтобы не налететь на выставленные алебарды.
Следом за хозяином заведения сломя голову несся десяток нетрезвых посетителей, которые разбежались в разные стороны, вопя от ужаса о живых мертвецах.
Находившиеся рядом Эфит, железнобокий и Шалилун вскочили с мест.
– В чем дело? – ветеран в четыре прыжка оказался возле мамелюков, связывающих руки Калдора за спиной.
– Оставьте руки! – кричал дрессировщик, сопротивляясь.
Один из стражников больно давил коленом на голову приключенца, прижимая древком алебарды шею к земле. Опытные стражи не оставили скорпиону ни одного шанса на сопротивление.
– Этот человек обвиняется в убийстве, – спокойно ответил мамелюк, поставив связанного заклинателя ящеров на колени.
Калдор ужасно жалел, что, вопреки собственной привычке никогда не разлучаться со зверем, теперь оставил его сторожить награбленное.
– Кого же он убил? – вмешался Варвар, поглядывая за реакцией Эфита.
– Его, видимо… – дрессировщик кивнул в сторону выхода из трактира.
В проходе стоял тот самый пьяница. Он оскалил желтые зубы, прожилки которых заполняла кровь и куски человеческой плоти. Алые струйки капали с подбородка, а безжизненный взгляд блуждал по лицам присутствующих.
Сзади напирал еще один оживший труп. Тот самый мужчина, что проверял дыхание у опоенного. Здоровенный кусок шеи у него отсутствовал. Зияющая рваная рана все еще кровоточила, обильно смачивая поблеклые на солнце одежды.
Впереди стоящий шагнул на мамелюков. Обе алебарды пронзили его тело. Мертвец увяз и махал руками, пытаясь достать стражников. Эфит выхватил скимитар и рубанул противника в лоб. Голова треснула, словно спелый арбуз и зомби повис, удерживаемый черными стражами.
До второго добрался радостный Шалилун. В зубах у него торчала кость, отобранная у собак, поэтому вместо прославления Горга, зеленоватый просто рычал. Сильный удар рассек корпус мертвеца от ключицы до пояса. Труп расслоился, пошатнулся, но устоял. Северянин окончил дело, всадив в болтающуюся голову острие кинжала. Орк встретил это радостным возгласом, и здоровяки весело обнялись.
– Мертвецы оживают? – мамелюки переглянулись. – Вы ведь из тех, кто справился с проклятием в поместье?
– Да, это мы, – слукавил Эфит.
– Тогда сообщите об этом капитану Нахиору, – один из стражников поднял Калдора на ноги. – Мы сопроводим арестованного в яму, а вы расскажите о мертвецах.
– Скажите Нахиору, что я под арестом! – Калдор обратился к товарищам. – Скажите, что нам нужно поговорить!
– Конечно-конечно, друг мой, – ветеран хитро улыбался, сложив руки на груди.
Он смотрел в след черным стражам, что вели под руки дрессировщика. Когда они отошли достаточно далеко, то обратился к присутствующим.
– Почему бы вам не отметить веселую битву чем-нибудь горячительным? А я бы избавил вас от необходимости тащиться к капитану стражи.
– Отличная идея! – Варвар хлопнул Эфита по плечу и потащил орка в трактир.
