Ослябя сначала разозлился на парнишку. Меч-то обещал Антосю вернуть, но вовремя вспомнил, что здоровье старика после военных походов не оставляло тому надежд на долгую жизнь, а сколько еще придется странствовать… В общем, оружие Антосю уже точно не понадобится, а родственников у него нет. А так орудие смерти послужило благородной цели — избавило страждущего от мучений и лишений. Дело вполне достойное заветов богини. Вот только нуждающийся меч-избавление украл, а потом этим мечом может кого-нибудь и прирезать. Поняв, что ситуация только ухудшилась и мысли совсем спутались, паломник вернулся к палаткам и оставшийся отрезок ночи провел за чтением, решив во чтобы то ни стало одолеть грамоту.
Два нападения замедлили продвижение каравана, и к Слезе Харамы он подошел только через пять суток. Нахиор объявил, что остановка будет долгой. Необходимо подлечить раненных, укрепить физическое состояние живого товара, да и вовсе отдохнуть.
Рядом с оазисом сохранились древние таморские постройки. Несколько полуразрушенных каменных жилищ, в которые сразу согнали рабов, а также две смотровые башни, позволявшие видеть округу на несколько миль вокруг. Барханы в этой местности сформировались низкими, поэтому скрытно подобраться к стоянке вряд ли вышло бы.
Капитан мамелюков выделил для нужд героев два шатра, как знак признательности за активное участие в охране каравана. Один занял Ослябя, Эразм и Шахриет. Второй заселили Эфит, Варвар и Шалилун. Калдор же держался в стороне, пояснив, что не хотел бы стеснять кого-то из союзников. А заодно решил, что так будет безопаснее для артефакта, который постоянно находился на питомце. Как только стоянку удалось оборудовать, приключенцы вдоволь напились воды и безотлагательно уснули.
Утром дрессировщик проснулся раньше всех. Выбравшись из палатки, он потянулся и с наслаждением вдохнул запах жаренного мяса. Мамелюки отыскали в оазисе одичавшую овечку и жарили ее на углях из личного запаса Нахиора. Солнце еще не успело прогреть воздух до угнетающей духоты, и Калдор весело умывался, наслаждаясь свежестью и прохладой. Досада от неудач, последовательно настигавших его в последнее время, утихла. Получив от стражников большой кусок мяса, парень поделился с ящером, который во время пути питался в основном помершими рабами.
Отличное настроение поддерживалось во многом картой сокровищ, что ждала нужного часа. Место, обозначенное на ней, находилось не так уж и далеко от оазиса Слеза Харамы. По примерным подсчетам дрессировщика, потребуется около половины светового дня для похода в одну сторону, а раз Нахиор решил задержаться на несколько дней, то нужный час настал.
— Уважаемые, — Калдор обратился к приключенцам, что собрались у шатров полакомиться свежей бараниной. — К чему нам прозябать в такое прекрасное утро в лагере? — он расплылся в добродушной улыбке.
Эразм, сидящий на стуле в тени шатра, даже не посмотрел в сторону дрессировщика. Шахриет пришла в себя около двух дней назад, но ничего не могла рассказать по поводу неконтролируемого выброса магической энергии. Ослябя теперь ее сторонился, и волшебник думал о том, как бы парень не наделал глупостей.
— Предлагаешь прогуляться по здешним местам? — воодушевлённым оказался только Эфит.
— В поместье я обнаружил карту. На ней отмечено место… возможно, там какой-нибудь клад припрятан. Иначе зачем демонопоклонники ее берегли?
— Как разделим добычу? — ветеран охладел, понимая, что возможно в поход отправятся все, но золотишко в любом случае не помешает.
— Поровну. Все, что найдем.
— Я тоже пойду, — внезапно вмешалась Шахриет, вышедшая из шатра в мужском одеянии. — Дедушка, извини, но я нашла эту дорожную одежду в твоих вещах. Можно, я оставлю ее себе?
Волшебник посмотрел на девушку и усмехнулся. Остальные тут же смутились. В памяти еще не остыли впечатления недавнего инцидента.
— Ну что вы?! — воскликнула Шахриет. — Не хочу я больше прятаться по палаткам и шатрам. Дайте мне кинжал и в путь, — казалось, что произошедшее прибавило ей сил, произошел какой-то эмоциональный толчок, давший ей смелость и уверенность.
— Я не против, — Калдор пожал плечами. Женская компания всегда радовала, хотя некоторые опасения все же оставались, но присутствие Эразма успокаивало. — Надеюсь, что дедушка пойдет с нами? — дрессировщик протянул девушке кинжал.
— Еще раз назовешь меня дедушкой, и твоя одежда сгорит вместе с картой. Осел! — Брюзгливый гневно зыркнул на заклинателя ящеров. Но оживленность Шахриет ему понравилась, к тому же, в этом небольшом приключении ее способности могли открыться с новой стороны.
— Осе-е-е-ел! — поддержал хозяина ворон и вспорхнул с верхушки шатра.
Калдор заметил летящую на него птицу и отшатнулся в сторону, когда ворон пролетал мимо. В песок упала прозрачная слизь с бело-черными вкраплениями. Дрессировщик выругался, и все рассмеялись.
