— Что-то не хочется мне сыновей к Рыцарям Меча отправлять. Да и наследники чего? Ни сегодня-завтра отцовский удел по частям растащат. Долго ли объявить отлученного от Святой Церкви еретиком, да организовать крестовый поход? Половина Совета Лордов спит и видит, как бы заграбастать Порт-Грэртон, где золото от торговых пошлин течет рекой.
— Без одобрения ордена и Церкви ничего такого не выйдет. А, как минимум, Его Святейшество сир Берингар на нашей стороне.
— Хм… ну да… на нашей… — Гильдарт тяжело вздохнул и поправил висевший на поясе меч. — Лучше дай мне карту. Сверюсь, где там этот Анвил. И думаю на следующем привале надеть доспехи. Местность-то дикая, болтают о бандитах, да и вроде бы нежить какая-то бродит. Видел нежить-то?
— Ни в жизни.
— И я не видел… — рыцарь скривил губы. — А она есть.
Дорога до Анвила заняла шесть дней. Путники вели с собой сменных коней, и еще две кобылы для перевозки грузов. На ночлеге разбивали палатку и спали по очереди, охраняя лошадей и друг друга. Гильдарт, как и планировал, экипировал тяжелый рыцарский доспех, покрыв его желтым сюрко. Желтый являлся фамильным цветом, а герб дома де Кран, украшал грудь и шит наследника. Дерден носил цвета и мол рода воспитанника, а также стальной доспех, который Гильдарт заботливо купил наставнику при достижении совершеннолетия. Лорд Уолес тогда не одобрил подобные траты, и старшему сыну пришлось выслушать прилюдные нравоучения.
— Смотри! — вдруг воскликнул Дерден качнув острием копья в сторону от дороги. — Кажется лагерь.
— Вроде… — Гильдарт всматривался в горизонт, приложив кисть ко лбу. — Штандарт белый. Герба не видно, но кто еще в этих землях носит белые флаги.
— Значит туда, — согласился сквайр и потянул поводья.
Сир Тавин высокий и светловолосый мужчина, вступил в орден еще ребенком. Он проделал тяжелый и долгий путь к успеху. По происхождению являлся сыном горняка, но усердием и безупречной службой заслужил посвящения в рыцари. А ныне, по личному поручению Великого Магистра, командовал разведывательным отрядом.
Члены ордена, отрекавшиеся от родственников, не носили фамильных гербов, но все же походный шатер командира всегда отличался. Будучи более просторным, он обычно располагался в центре лагеря и постоянно охранялся верными оруженосцами. Рыцарей в лагере оказалось тридцать человек и еще около семидесяти сквайров, занимавшихся хозяйственным обслуживанием сиров. Хотя члены ордена и отрекались от мирской жизни и титулов, знатность их семьи напрямую влияла на количество оруженосцев. У одного рыцаря он мог быть один, а у другого пять и более, так как принимавший обеты, часто делал это вместе с несколькими особенно верными слугами. Впрочем, продвижение по орденской иерархии также позволяло увеличить количество приданных сквайров.
Когда Гильдарт и Дерден подъехали к стоянке отряда, воины готовились в поход. Оруженосцы снаряжали лошадей и сиров. Сир Тавин, облаченный в стальной доспех с орденским сюрко поверх, разъезжал на рослом гнедом жеребце. Он кривил небритое лицо осматривая собственное воинство. За ним неотступно следовали три молоденьких сквайра. Один заботливо удерживал щит, второй копье, а третий оберегал шлем, навершие которого украшали длинные позолоченные перья.
Рыцари с трудом облачались в нагрудники. Многие жаловались на головную боль, кого-то даже стошнило. На красных и опухших лицах читались страдания, но воины, под тяжелым взором командира, продолжали готовиться к походу.
— Сир Тавин? — Гильдарт немного склонил голову в знак покорности и уважения, подъехав к военачальнику. — Мое имя сир Гильдарт де Кран. Прибыл под ваше командование.
— Вы как раз вовремя, сир, — Тавин глянул на прибывшего с полным безразличием. — Настало время очистить один из рассадников зла. Выступаем через полчаса, — бросил он и отъехал, выкрикивая команды оруженосцам, чтобы те собирали шатры.
— Рассадник зла? — Дерден поднял брови.
— Готовься к бою. Что-то на рыцарей-монахов ныне рассчитывать опасно, — де Кран надел шлем и принял копье от престарелого оруженосца. — Очистить рассадник зла, значит. Сделаем!
— Позвольте, сир, — сзади послышался незнакомый голос. — Вижу, что вы из благородного дома. Щит и две скрещенных булавы. Если не ошибаюсь, дом де Кран?
— Не ошибаетесь, — Гильдарт повернулся.
Перед ним, на низкорослой рыжей пустынной кобыле, предстал человек в сером дорожном костюме. Его черные вьющиеся волосы, откинутые назад, демонстрировали свежее побритое грозное лицо. Но, такие же черные глаза, низко посаженные в глазницах, смотрели на рыцаря вполне добродушно и ласково.
— Мое имя Энтони Барк, — мужчина, на вытянутой руке, продемонстрировал документ с красной печатью. — Дознаватель гильдии Хранителей.
— Ну, рад за вас. Не многим удается дорасти до такой должности, — съязвил Гильдарт. — Какими судьбами вы в таком забытом богами месте?
— Это вы зря, — улыбнулся Барк. — Богов тут хватает, просто они не покровительствуют ордену. Но, вернемся к делам. Я расследую один инцидент, случившийся в Анвиле. Думал, может вы не откажите обеспечить мне безопасность?
