За «складом сосудов с лилиями» была другая комната, в которой найдено несколько кувшинов, по форме похожих на пифосы; как и меньшие сосуды, они снабжены выступающими носиками, но так как они слишком велики для того, чтобы можно было наклонять их в наполненном состоянии, то носики не имеют сквозного отверстия, а в некоторых случаях представляют собой просто шишку. Самый красивый из этих сосудов орнаментирован крестообразным узором, показанным на рис. 27, 6 (фото 61, 1).
Подлинные пифосы хорошо представлены в Кноссе.[214] Они имеют удлиненную форму, ручки расположены рядами, делящими на части тулово сосуда. Веревочный орнамент, которым они украшены, отличается от такого же орнамента предшествующих периодов не только несколько более условной формой, но также и тем, что штрихи на глиняных полосах сделаны при помощи инструмента, а не рукой. Обычен струйчатый орнамент, выполненный темной краской. Встречаются образцы с полосами отпечатанных кружков и медальонов, окруженных веревочным рисунком.
Подлинные «пифосы с медальонами» явились предметом полемики, потому что от их датировки зависит решение спорного вопроса о датировке гробничных толосов в Микенах. В дальнейшем будут приведены доводы, позволяющие отнести первое появление их к переходному периоду между С. М. III и П. М. I, последовавшему непосредственно за землетрясением, которое разрушило Кносс около конца C.M.IIIб периода.
Изделия из металла С. М. III. В бронзовом оружии замечается явный прогресс по сравнению с С. M. I периодом. Большой меч из Маллии является, конечно, исключением для своего времени, и мы вправе сказать, что меч как таковой впервые встречается в С. М. III периоде. Стратиграфически хорошо определяемые образцы найдены в отложениях в Исопате, а также среди посвятительных приношений в пещере Аркалохори.[215] Это мечи типа рапиры, достигающие в некоторых [184] случаях длины 1 м, с ясно выделяющимся центральным ребром. Их задний край округлен и имеет короткий плоский выступ для прикрепления рукоятки. Кинжалы отличаются от мечей только меньшей величиной и часто отсутствием выступа. Очень хороший экземпляр дало С. М. III отложение в гробнице II в Мохлосе. Он имеет отчетливо выраженное центральное ребро, подчеркнутое выступающими полосами, и нечто вроде изображения тройной секиры у основания. В гробнице XX найден более короткий и тупой экземпляр, а также три наконечника для копья, длинные раздвоенные втулки которых соединены на конце при помощи ободка. По форме они сходны с кинжалами. К рассматриваемому времени относится, вероятно, отложение в «северо-западном доме» в Кноссе, содержащее двойные секиры С. M. I формы, расширяющиеся к концу долота и тонкие скобели, а также точильный камень, по форме не лишенный сходства с ранней египетской палеткой из камня.[216] Вместе с ними найдены прямостенный бронзовый котелок на длинных ножках. Ясно, что применение бронзы для изготовления сосудов распространилось повсеместно, потому что форма «кубка из Вафио» не только копируется в глине, но воспроизведена также в очень хорошем бронзовом экземпляре с тисненым узором в виде листьев плюща из гробницы XII в Мохлосе.
Каменные сосуды и т. п. С. М. III. Формы каменных сосудов более разнообразны, чем в C. M. I и С. М. II периодах. Миниатюрные сосуды выходят из употребления. Многие из форм повторяют керамику, для лучших сортов которой они и явились заменой. Носики, ручки, а иногда и горлышки изготовлялись отдельно. Излюбленным материалом в С. М. IIIа периоде был коричневый известняк, из которого сделан, например, красивый кувшин со стройной высоко поднятой ручкой и орнаментом на тулове в виде плетенки и много кувшинов с перемычкой над носиками и углублениями корпуса, предназначавшимися для инкрустаций из раковин[217] (фото 62, 1). Чаще встречается «чаша-цветок», хотя наиболее распространенной она становится не ранее переходного периода С. М. III — П. М. I. Еще встречаются чаши типа «птичьего гнезда», но они становятся выше в плечиках.[218] Эти сосуды делаются из жировика и мрамора. В данном периоде появляется лампа на ножке, два простых экземпляра которой найдены в стратиграфически четко определенном слое в Кносском дворце.[219] Очевидно, их выделывал владелец «дома с упавшими плитами», так как было найдено восемь ламп в одной комнате [185] этого дома. Одна из них отличается оригинальной ножкой с пятью утолщениями. Орнамент сводится к зигзагообразному узору вокруг края.[220] Самый лучший экземпляр обнаружен в «юго-восточном доме». Лампа сделана из пурпурного гипса и имеет форму колонны. Ее капитель похожа на капитель египетских папирусных колонн, а стержень орнаментирован спиральной бороздкой и узором из листьев плюща, уже встретившимся нам на бронзовой чашке из Мохлоса.[221]
