Манджирина, не дожидаясь конца нашего разговора, уже строила предположения относительно милости Королевы:
— Или, скорее всего, его уникальная магия, которая никогда не просыпалась в другом маге? Архикватор пугает всех и всегда стоит на стороне Королевы. Может, Королева-мать не желает упустить такого уникального мага, который защищает интересы Короны? Думаю, так и есть. Милость Королевы-матери всегда защитит нас. Теперь еще в лице Архикватора и его личного Ловца.
— Нейтас, о чем она?
— О перерождении. Потом объясню.
— Но ты говорил, что Вейд уже?
— Да, уже. Теперь это узаконено милостью Королевы-матери. Если Вейд отдаст концы, я его сцапаю и верну обратно, как новенького.
— А почему ты расстроен?
— Хо, Динь, в этом перерождении столько всего наворочено. Это преступление для лемурианцев. Раньше перерождались только Короли, потом Королева, теперь Вейд и у меня плохое предчувствие.
— Какое?
— Что меня тоже заставят перерождаться.
— Зачем?
— Отец сказал, что Ловцов стало еще меньше. Нас теперь только десять. Десять, Динь! Если Ловец станет такой же уникальной специализацией, как Архикватор, то мы попадем в вечное рабство к Королеве, понимаешь? Она нас не отпустит.
Он замолчал и мы переключились на Сплетника. После объявлений о помолвках, которые тут именовали сделками о связи, Манджирина снова разыграла эмоциональный спектакль, напоминая нам, что Вейд заботится о размножении с надеждой передать свою магию потомкам, но выбирает не тех женщин. Мелькнула картинка приемной и Вейда, сжимающего в объятиях Асиль и…
Дальше мельтешение кадров без комментариев Манджирины. Я с ужасом смотрела, как какой-то мужчина с размаха бьет Асиль и та падает на пол. В следующую минуту показывают, как Асиль с жуткими кровоподтёками на лице сопровождают маги в защите и с обнаженным оружием, закрывают в переносном ящике. Потом она стоит на коленях перед Королевой и появляется звук.
— Асиль Делириум, вы предали род Делириумов связью с другим мужчиной. Господин Делириум разрывает связь и требует казни. Рассмотрев все имеющиеся доказательства вашего бесчестного поступка, я повелеваю… Казнить. Казнь состоится через три дня на центральной площади перед Собором первого континента. В прямой трансляции. Своей милостью дарю вам эти три дня на поиск покровителя и заполнение списка.
Шар потух. После решения Королевы Манджирина не рискнула что-то комментировать. Зато обитель шумела, вопила и орала на всех четырех ярусах.
— Зачем ей покровитель? — я потянулась за бокалом чая, потому что во рту пересохло.
— Её сделают немагом. Все немаги получают покровителей…
— Казнить будет Вейд? — в шоке я не могла сделать и глотка.
— Да, — Нейтас не поднимал головы, уставившись в одну точку.
— Но так нельзя!
— Казнит всегда Архикватор. У него нет выбора.
В голове лихорадочно вертелись мысли:
— Он же может стать её покровителем?
— Он не станет ничьим покровителем. Динь, он уже лет сто один. Последний из рода первого сословия. И я удивлен, почему Королева, видя его интерес к Делириум, не отдала её своей милостью сразу, не разыгрывая представление. Потому что, запомни мое слово, он не возьмет Асиль, бросит на растерзание стервятникам, как мой папаша!
Нейтас был зол и несколько раз двинул кулаком по столу.
— Может ты зря так думаешь. Ведь что-то человеческое осталось в Вейде?
— За сто лет? Я иногда вообще сомневаюсь, что он человек!
Я провожала Мияну, вытирая её распухшее от слез лицо и желая хорошей жизни. Потом провожала Нейтаса и долго не могла отпустить его руку, что он практически затянул меня в транспортационное зеркало. Потом уговаривала Сивиллу взять шефство над Еной и убеждала Ену, что Сивилла не откажет, ведь мы друзья.
И только в середине дня обнаружила себя, сидящей в одиночестве за пустым столом в трапезной. Служанки не спешили подходить ко мне, ребята сторонились, девчонки игнорировали. Ни Ены, ни Сивиллы я не видела.
В одиночестве отсидела лекции по зельям, записала ингредиенты для влияющей группы зелий. В одиночестве провела вечер. Обо мне все забыли. Кроме Нейтаса я никому не нужна. Тоскливые сумерки переходящие в ночь заставили задуматься насколько я ему-то нужна? Вдруг за две недели его свяжут с какой-нибудь женщиной "передавать магию по наследству" и он вернется, чтобы быть стражем души Вейда, а не моим другом и парнем.
С печальными мыслями залезла на чистую простынь под чистое одеяло. Все же открытие местонахождения прачечной для меня стало осязаемым счастьем.
Я лежу поперек кровати и листаю старый весенний номер журнала Cosmopolitan.
— Что за фигня? — отбрасываю и тянусь.
За окном пасмурно, льёт дождь. Я ищу сотовый, но даже не могу вспомнить, куда его забросила. Не могу вспомнить, когда и где в последний раз им пользовалась.
— Мам? Мам, ты не видела мой телефон?
Я слышу, как внизу на кухне брякнула сковорода, потом мама куда-то побежала и через пять минут они с отцом без стука ворвались в мою комнату.
— Ма, па, вы чего? — я села в кровати и удивленно посмотрела на них.
— Кушать хочешь? — тут же спросила мама, присела на край кровати, взяла мою руку и стала гладить.
