Архимаг полностью

Моргнеуморос стиснул зубы. Дезинтегрирующую волну не выдержит никакая броня. Единственное, что может спасти – скорость. Очень-очень большая скорость и такая же маневренность. Будь у них с Гангегоросом гравициклы, они бы только посмеялись над громоздким циклопом с его страшной пушкой.

Но их бронетранспортер – шагающая машина. На ней от «Холма» не побегаешь. И единственным средством защиты остается все тот же господин Диротренорос. Он уже не кричит – устал кричать. Годы не те.

– Стреляйте, братья!.. – слабым голосом простонал заложник. – Распылите их, кирдан вас раздери, распылите!

– Тебе что, жить надоело? – поинтересовался Гангегорос.

– Мне вы надоели! – рявкнул Диротренорос. – Приказ экипажу «Холма» – немедленно уничтожить захваченный противником бронетранспортер, не обращая внимания на заложника! Повторяю – немедленно уничтожить!!!

– Думаешь, они тебя слышат? – хмыкнул Гангегорос.

Глаз «Холма» ярко засветился.

– Похоже, слышат, – мрачно ответил Моргнеуморос. – Прощай, замполит.

– Прощай, комбат.

Глаз «Холма» ослепительно вспыхнул и… на его месте образовалась огромная дыра. Изуродованный «Холм» замер – а вместе с ним замерли все, кто был на поле боя. Гиотцы и томурайцы с равным удивлением обернулись к третьему «Холму» – это ведь он только что выстрелил в товарища.

Последний оставшийся в строю «Холм» тоже повис неподвижно. Из его недр донеслось какое-то шуршание, хрипение, а потом отчетливый голос:

– …какая еще громкая связь, на кой черт?! Тормоз включай, говорю, тормоз! Лод Гвэйдеон, врежьте этому придурку, он меня уже достал!

Голос явно принадлежал Ванессе Ли.

После окончания битвы равнина к западу от ГИОТ выглядела грустно и опустошенно. То тут, то там виднелась оставленная бронетехника. Стояли с опущенными руками пустые геродермы. Поверженные «Холмы» не подавали признаков жизни, охраняемые вооруженными до зубов мутантами.

Уцелевших в бою томурайцев разоружили и загнали под купол ГИОТ. Теперь они сидели на проспекте Науки, заложив руки за голову, и с отвращением таращились на безобразные хари местных жителей.

Профессор Лакласторос семенил вдоль проспекта, в свою очередь рассматривая побежденных захватчиков. Его сопровождали два бойца в геродермах, секретарь, первый помощник, майор Икталинтасорос и гости из другого мира – Креол, Ванесса, лод Гвэйдеон.

Креол шагал довольный, насвистывая веселую мелодию. Он как следует оттянулся внутри своего «Холма» – крушил и ломал все подряд, пока не наткнулся на жизненно важный механизм. Экипаж он тоже перерезал до последнего человека – даже видавшие виды мутанты, войдя в кабину управления, замерли в оцепенении. Забрызганный кровью маг при виде них жизнерадостно осклабился, взмахнул посохом и попросил еще минуточку – он доламывал последнее кресло.

Ванесса и лод Гвэйдеон обошлись со своим «Холмом» гораздо мягче. Ученица мага в сопровождении авиапехоты ГИОТ ворвалась сверху, паладин пришел на подмогу снизу – и после непродолжительной схватки экипаж гигантской машины был обезоружен. Правда, после этого потребовалось немало времени, чтобы разобраться в управлении – почти все пленники наотрез отказались сотрудничать. Согласился только один, да и то он скорее саботировал работу, чем помогал.

Теперь этот «Холм» единственный остался в рабочем состоянии – его подогнали поближе к куполу ГИОТ, а на борту уже хозяйничали местные спецы. Два других, лишенные возможности передвигаться, лежали грудами металлолома.

– Что вы с нами сделаете?.. – робко спросил молодой томураец, когда мимо него проходил Лакласторос.

– Съедим! – насмешливо пробасил Икталинтасорос. – Амм!..

В глазах томурайцев заплескался ужас. Они не оценили шутку. Все до единого взгляды скрестились на необъятном животе мутанта – там вполне поместились бы три-четыре нормальных человека.

– Не пугайтесь, м-молодой человек, – криво улыбнулся Лакласторос. – Конечно, м-мы кажемся в-вам уродливыми… собственно, м-мы и есть уродливые, глупо отрицать очевидное… но м-мы в-все еще люди…

– А в самом деле, что вы с ними сделаете, профессор? – полюбопытствовала Ванесса.

– Еще не решил… Этот в-вопрос следует в-всесторонне обсудить…

Обсуждать этот вопрос начали только через несколько часов – после того, как позаботились о раненых и убитых, осмотрели повреждения в куполе и боевой технике, убедились, что к томурайцам не придет подкрепление. Верхушка ГИОТ собралась в малом конференц-зале – сюда же под охраной привели и томурайских командиров.

Моргнеуморос и Гангегорос явились последними. Первый – с подбитым глазом, второй – с рукой на перевязи. Они мутузились на ближайшем пустыре, пока не устали. После этого старые однополчане распили бутыль бормотухи, простили друг другу прежние обиды и торжественно заключили мировую.

Появились и подручные Гангегороса из Которонга – Лентрикседморос и Словосинорос, Макака и Верзила. Первый противно хихикнул при виде гневно побледневшей Ванессы, второй, весь покрытый кошмарными волдырями, почтительно кивнул лоду Гвэйдеону.