Архимаг полностью

Несколько раз компания проезжала через села и веси, а один раз и сквозь небольшой городок. Он оказался столицей баронства Ростолед. Ванесса окончательно убедилась, как им повезло заполучить в проводники настоящего паладина: один только вид его серебристых доспехов открывал все границы и резко улучшал отношение таможенников и дорожных мытарей к их группе. Да и разбойники, встретившиеся на агидесской дороге, поспешили сбежать подобру-поздорову, едва смекнули, что нарвались на Серебряного Рыцаря.

Хотя были у такого проводника и свои недостатки — им дважды приходилось слегка отклоняться от прямого пути, поскольку лод Гвэйдеон у каждого встречного выспрашивал, нет ли где поблизости какой нечисти. Как уже упоминалось, дважды нечисть нашлась — в Омнико крестьяне пожаловались на троих некростеров, поселившихся в роще, а в Агиде обнаружился борамец. Ни некростеры, являющиеся, по сути, всего лишь ожившими скелетами, ни борамец, уродливая помесь животного и растения, не составили большой проблемы.

Священное государство Мерейерея не так уж сильно отличалось от других стран, не священных. Такие же леса и поля, такие же крестьяне — частью вольные, частью крепостные. Хотя вольных в Мерейерее было очень мало: вся земля в этой маленькой стране принадлежала правительству. То есть — Верховной Жрице. Так что даже вольным вилланам приходилось арендовать у нее пахотную землю…

В других государствах крепостной, недовольный своим лордом, имел право перейти к другому, если тот, другой, согласен его принять. Поэтому лорду волей-неволей надо было либо создавать своим вилланам приемлемые условия жизни, либо каким-то образом не давать им его покинуть. Теоретически такой закон действовал и в Мерейерее, но поскольку лорд тут был ровно один — Верховная Жрица, то и уходить было не к кому: крепостные не имели права самовольно пересекать государственную границу…

А вот столица с коротким названием Лор обыкновенной отнюдь не была. По сути, это были два города — внешний и внутренний. Во внешний допускали всех и каждого. Во внутренний — только женщин, Из мужчин исключение делалось только для монахов и Серебряных Рыцарей: экзорцисты уже давно источали желчь, требуя включить в этот список и их. Даже императору Кахалы, если бы он вдруг пожелал посетить Лор, пришлось бы оставаться во внешнем городе.

Лод Гвэйдеон с виноватым видом объяснил это, пока они подъезжали к внутренним воротам. Креол только презрительно фыркнул: плевать он хотел на любые законы. Впрочем, Бат-Криллаха они все же оставили снаружи — демону было страшновато входить в город с таким количеством храмов.

— Ни шагу дальше! — тонким голосом воскликнул привратник. Точнее, привратница — рядом с воротами стояла вполне миловидная особа в мягком кожаном доспехе с кирбасой. В руках она держала датоубан — жрицам, как и монахам, запрещалось использовать острое оружие. — Назови себя!

— Я лод Гвэйдеон — Генерал Ордена! — горделиво представился паладин. — Это благородная, леди Ванесса, а это святой подвижник Креол!

— Монах? — уточнила привратница.

— Святой! — поднял палец лод Гвэйдеон.

— Серебряный Рыцарь и благородная леди могут пройти, а «святой подвижник» останется здесь, — заученно сообщила женщина. — Мужчинам проходить запрещено…

— А как же монахи с паладинами?! — возмутилась за Креола Ванесса. На Земле она привыкла к мужскому шовинизму, но шовинизм женский… это было что-то новенькое.

— Паладинам мы доверяем, а монахи не мужчины, — слегка усмехнулась привратница. — Насчет святого ничего не знаю, но что мужчина — видно сразу… Кстати, через час меня сменят… — с намеком добавила она, обращаясь уже лично к Креолу. В ее глазах явственно читался неприкрытый интерес…

Ванесса позеленела от злости. Она никак не могла понять, что все эти… нашли в ее личном маге! Человек как человек, ничего особенного… Луис, например, на него даже не посмотрела… хотя, конечно, тогда он был лысый как коленка, и выглядел лет на пятнадцать старше…

Креол холодно уставился на преградившую ему путь женщину, повел рукой, и привратница, что-то невнятно пробормотав, мягко опустилась на брусчатую мостовую, сонно посапывая. Датоубан выскользнул из ее ладоней и упал рядом.

— Пошли, — пожал плечами он.

Внутренний город все же был намного меньше внешнего, и народу там было куда меньше. Действительно, как Ватикан внутри Рима. Большую часть внутреннего Лора составляли величавые храмы, украшенные символом Иштар — кольцом с поперечной полосой. Издалека они больше всего напоминали дорожный знак «кирпич».

— Верховная Жрица Гелада там — в Соборе Святой Метхере, — указал на самое видное здание лод Гвэйдеон, все еще смущенный таким необычным способом миновать стражу. По крайней мере, у Креола хватило ума использовать заклинание Усыпления, а не что-нибудь смертельное, не то паладин мог бы и усомниться в маге: такой ли уж он святой…