Антона не было, тот его отпустил к родителям жены. Она у него на сносях, первенца вынашивала.
– Вы у нас не первые пациенты сегодня, ноги руки отращивал парням, что на разных войнах их потеряли.
– Сильно, – кивнул тот и стал организовывать конвейер. Что и как, он уже знал.
Вода на складе была, душ тоже, именно поэтому Вольт его и выбрал, и мы приступили к таинству омоложения. Работа была нудная и сложная. Сменяя друг друга, мы с Гошой активно работали, проводя через процедуру одного клиента за другим. Мик устроился в стороне, принимая плату деньгами и камнями. Многие переводили деньги нам на электронный счёт, за этим Вольт следил.
Как бы то ни было, за три часа все омолодились и переоделись в заранее подготовленную одежду, пациенты учли опыт первой группы. Мы отправили первый автобус, следом и второй. Потом попрощались с Валюхой, убрали деньги в безразмерные сумки, в мою и Мика, собрались и выехали со склада. Он нам был нужен разово, разово мы его и использовали.
Когда подъехали к перекрёстку, сбоку к нашей машине метнулась тень, водитель пытался выкрутить руль, съезжая на обочину, но не успел, мы по кому-то проехали.
– Кто это? – удивился я, пока водитель останавливал машину.
– По женщине проехали. Парни из второй машины видели, – ответил Мик.
Посмотрев в окно, я разглядел в темноте оператора, который нас снимал, и микроавтобус одного из каналов.
– Взять, запись изъять, – скомандовал я.
Бойцы шустро покинули машину и отобрали всё, на чём могла сохраниться запись, даже телефоны отобрали.
– Учитель, женщина ещё жива, – сообщил Мик. – У неё удостоверение этого же канала. Будем лечить?
– На хрен, сама под машину прыгнула, никто её не толкал. Поехали.
Бойцы попрыгали в машины, и мы с визгом шин по асфальту тронулись с места, под причитания оператора, который склонился над умирающей напарницей.
За сорок минут доехали до КПП аэродрома, была полночь, как и договаривались, там джипы развернулись и покатили на квартиры – четвёрка бойцов и Гоша́ оставались здесь, в Крыму со мной им делать нечего. Нас встречали, тот самый помощник президента был тут, его, между прочим, Олегом звали, как и меня в прошлом, мы погрузились в военный транспортник и после взлёта взяли курс на Крым. Лететь часа три, может, четыре, так что мы с парнями сразу уснули, по-военному пользуясь любой возможностью поспать.
На месте были рано утром. После приземления нас сопроводили до служебной гостиницы, где мы проспали до одиннадцати дня: и мы выспались, и местный штаб флота успел подготовиться. Что им ждать от нас и что принимать, они уже были в курсе.
Пообедав в столовой, очень вкусно и сытно, на уазиках поехали в штаб Черноморского флота и уже с командующим большой кавалькадой прибыли в порт.
– Ну как? – спросил у меня адмирал, широким взмахом указав на акваторию порта. – Хватит места?
– Не, – помотал я головой. – Баул я разверну, а вот потом куда вы корабли девать будете, места уже не останется. Предлагаю выйти на большую воду и там уже спокойно работать. Что делать с кораблями потом, это ваши проблемы.
– Мы её частично решили. Мои ребята проехали по ветеранам и бывшим военным морякам, которые ходили на подобных боевых кораблях и разберутся с управлением. Сам понимать должен, те моряки, что сейчас несут службу, обучены совсем по-другому. Президент уже дал добро на их омоложение.
– Хитрые, да? – улыбнулся я. – И то и другое получить хотите? Да понимаю, что у вас просто нет столько людей на такое количество кораблей, и вы пытаетесь компенсировать их за счёт омоложенных ветеранов. А меня предупредить нельзя было?
– Что-то не так? – насторожился адмирал, как-то не по-доброму посмотрев на меня. Видно, отказ омолаживать ветеранов и старых моряков он не приемлет.
– У меня с собой амулеты со знаниями военных американских моряков, которые ранее этими кораблями управляли. Обучу добровольцев, и все дела.
– Омоложение, – коротко напомнил адмирал. – Люди уже собраны.
– Предупреждать надо. Я собрался амулеты оставить в Москве, в последний момент их прихватил. Но медик остался в столице, я разорваться делать два дела не смогу. Ни баулы разворачивать, ни омолаживать. Говорю же, предупреждать надо.
На несколько секунд повисло молчание, каждый думал о своём. Свита стояла неподалёку, как мне кажется, затаив дыхание, лишь рядом переминались с ноги на ногу Олех, помощник президента, и моя охрана.
– Предлагаю начать с ветеранов, – наконец нарушил тишину адмирал.
Тут я очнулся от раздумий:
– У меня другое предложение. У вас есть скоростной вертолёт?
– И боевые имеются, это же флот. У нас всё есть.
– Прекрасно, тогда срочно поднимайте один в воздух с полными баками и давайте его сюда на пристань. Передадите временно вертолёт, без лётчика, моему лейтенанту, он слетает за помощью. – Повернувшись к Юнису, я сказал на языке населения Тории: – Подцепишь на машину амулеты шумоподавления и защиты от сканирования, слетаешь на базу отдыха и доставишь обеих наших девушек-медичек. Руки у них уже набиты на омоложении, пусть занимаются ветеранами. Постарайся не выдать местоположение базы.
