Вольт с помощью спутников изучил место нашего будущего проживания, так что выдал лётчикам снимки, пометив удобные места для посадки и одно выделив. Дело в том, что на территории Крыма Вольтом было найдено несколько полей, удобных для посадки рядом с трассой, и на них самолёты должны высадить пассажиров. Потом лётчики перегонят транспортники на главное поле, где совершит посадку самолёт со мной на борту. Там я разверну баул и уберу самолёты, достав часть автомашин. Это всё нужно, чтобы не привлекать внимания таким количеством детей и пассажиров, которые прибывали в центр разом из одного места. А вот в три группы из разных мест и на автобусах, заказанных из разных городов, – это ещё ничего. При дозаправке накопители на амулетах шумоподавления были поменяны, а то те уже на издыхании были, поэтому наш прилёт в Крым был тих и без отсветок на радарах. Набираемся опыта, как говорится.
Рациями мы не пользовались, они у меня недооборудованы были, поэтому нас могли засечь и выслать на источник сигнала тревожные группы, что нам очень не хотелось. Из-за ситуации с Украиной обстановка на границе напряжённая, и спецслужбы на всё реагируют с похвальной быстротой.
Когда баул был развёрнут, из него выгнали все три «дефендера» и оба микроавтобуса. Именно по той причине, что у нас была своя техника, к нашему пункту прибытия был заказан всего один автобус.
Время было четыре утра, до прибытия автобуса ещё часа три, поэтому мы уложили часть детей в машинах, а сами устроились у микроавтобуса, у которого Вольт начал разворачивать штаб. Естественно, новостей было достаточно, мой номер буквально разрывался, все хотели меня слышать. Те немногие, что обо мне знали. Лишь Валюха был спокоен, ему позвонили и известили, что пару дней я буду недоступен, занимаюсь своими делами. Тот оставил сообщение, что заявок уже больше полутысячи, а он выправляет себе новые документы, а то на его прежних было лицо сорокапятилетнего мужчины. Как я и предсказывал, у многих прошедших процедуру омоложения появились проблемы с опознанием. Одну из старушек, родственники которой давно уже мысленно поделили наследство, категорически отказались признавать, что она – это она. Там сейчас разрастался скандал, и в результате начали делать экспертизу ДНК. Думаю, из всех только наследники омоложённых не обрадовались нашей процедуре и, проклиная, обвиняли меня во всех смертных грехах.
В общем, Москву мы оставили вовремя, та уже бурлила от слухов и домыслов. Кто-то из клиентов из салона автобуса снимал на телефон процедуру превращения старика в молодого и выложил запись в Интернет. Естественно, мы давно его вычислили и если бы захотели, то не дали бы ему выложить эту запись, но, добавлю, наоборот, если бы он её не сделал, нам пришлось бы самим этим озаботиться. Так что тем, кто прошёл омоложение, после того как запись была выложена, стало легче проходить опознание. Ко многим обратились медицинские центры для исследований, двое или трое дали согласие, соблазнившись предложенными суммами, остальным это было неинтересно. Так что в Москве реально разгоралась сенсация. Да что говорить, даже по государственным каналам информация проходила, как я уже говорил, среди моих клиентов было много известных людей, и те мелькали на экранах в новом виде.
Только Валюха бесился: ему не давали житья. У богатых людей много возможностей найти интересующего их человека, а когда тот их ОЧЕНЬ интересует, то они идут на всё. Так что Валентина никак не хотели оставить в покое. Подумав, я велел начштаба утром отправить ему сообщение, что процедуру омоложения пройдут ещё триста человек – и всё. Первый сеанс будет через день или два, на назначенное место должно прибыть на двух автобусах шестьдесят человек. Пусть сегодня днём пришлёт списки тех, кого он отобрал для этого, ну а мы уж проработаем их.
– Федералы сто процентов попытаются внедрить если не человека, то жучок, чтобы вычислить, где будут проводиться операции, и нагрянуть туда, – сказал лейтенант Жезен, командир взвода связи и электронной борьбы.
Вольт кивнул, он был согласен со своим подчинённым.
– Так вы у меня для этого есть. Ваша задача – проконтролировать нашу встречу, чтобы никаких жучков и никаких подсадных уток. Да и проследите за Валюхой. Уверен, его вот-вот возьмут под колпак.
– Уже, – сообщил один из сержантов, отрываясь от монитора военного ноутбука, – к нему уже выдвинулись группы наблюдения. Через час он будет под полным контролем. Пытаются прослушивать его телефон, но тот его выключил, спит. Ночь же ещё… А, не, утро уже, оказывается.
