Померкший свет небес
Подсказывал трепещущим сердцам,
Что близится, что неизбежна гибель.
Шекспир
Всадник в развевающемся плаще и меховой шапке мчался по высокогорной равнине куда глаза глядят. Ветер с дождем бил ему в лицо.
В крайнем возбуждении всадник гнал вперед лошадь, заставляя могучее животное вновь и вновь ускорять свой бег.
– Проклятье! – шептал всадник. – Проклятая страна, проклятые индейцы, – в бессильной ярости повторял он, беззвучно шевеля губами. – Вначале они убегали. Пришлось заковать их в цепи. Потом отказывались работать. Пришлось их жестоко наказывать. Теперь новая напасть. На одном из участков все индейцы внезапно заболели. Когда мы обнаружили, что они приняли настой ядовитой травы, на губах несчастных уже выступила желтая пена. Туземцы сознательно лишили себя жизни. Кто теперь будет работать, переносить грунт, мыть золото? Мои оборванцы, так сказать, «степная» армия, они ни к чему не способны. Умеют только убивать и пьянствовать. Они постоянно предают меня, пытаются убежать и прихватить с собой мое золото. Надежда была только на индейцев. Почему они так изменились? Ведь когда я прибыл в эти места, индейцы встретили меня очень приветливо. Были дружелюбны. Много смеялись. Очень смешно передразнивали наши привычки, нашу манеру говорить, наши пение и танцы. Индейцы быстро схватывали все, что им объяснялось. Они с удовольствием брались за любое дело. Все им было интересно. Они помогали строить поселок, строить машины. Помогали мыть золото.
А как они поддержали меня во время битвы на речке Бета. Тогда группа полицейских, а на самом деле – просто бандитов в форме, из страны Холодного Предела вместе с вооруженными старателями напала на наш поселок в попытке захватить золотоносные участки. У моих людей было всего несколько винтовок. Оружие остальных – просто палки. На помощь моему отряду пришли тогда индейцы Онас с луками и стрелами. Совместно нам удалось заманить нападающих в кустарник, и мы победили. Люди страны Холодного Предела, Чиле – на языке индейцев кечуа, потеряли много своих товарищей и отступили. То была великая победа. Никто не покушался больше на наши участки. И мы с индейцами жили тогда душа в душу.
Теперь все иначе. Видно, прав был капитан Александр, когда говорил: нужно сотрудничать с индейцами, нужно уважать их права. Я должен вернуть их дружбу. И поможет мне в этом Менар.
Всадник вспомнил, что, приехав в Мегальянес, он освободил из рабства несколько красавцев Онас. Держались они с большим достоинством. Среди них была юная Менар. Легкая и грациозная, как лань, немногословная, с задумчивым, словно отстраненным лицом, она почему-то пользовалась особым уважением своих соплеменников. Когда индейцы уходили, Менар поблагодарила освободителя и спросила об его имени. «Зови меня Джулиус», – ответил всадник. Чем поразила тогда его эта молодая туземка? В разговоре между ними не было сказано ничего заслуживающего внимания. Но всадник надолго запомнил эту встречу и часто вспоминал о ней. Впоследствии, когда они с Менар виделись еще несколько раз, Джулиус с удивлением вновь и вновь осознавал, как сильно тянет его к этой дикарке, как завораживает его женская магия немногословной Менар, словно знающей что-то такое, чего не знают другие.
