Что случилось? Что происходит? Какая ужасная драма разыгрывается во внезапно опустившейся тьме?
Страшная действительность предстала перед беднягами.
Пламени уже не было, виднелись лишь умирающие огоньки, хотя топлива — дров, ветвей, волосяных оболочек, кокосовой скорлупы было хоть отбавляй. Вся земля вокруг кишела крабами.
Членистоногие сбежались отовсюду тысячами, как вчера на тушу нарвала.
Они уже отведали мяса, и теперь ничто не могло их остановить. Последние неумолимо толкали вперед первых, уже преодолевших барьер огня. Сотни погибли, задохнувшись или сгорев, и тела их в конце концов погасили пламя. Живые, презрев страх и опасность, взбирались по сгоревшим. Они просто кишмя кишели, их становилось все больше и больше.
Тотор, с искусанными ногами, прыгал, кричал, метался. Меринос, прокушенные руки которого уже кровоточили, вопил и расшвыривал ногами поганых тварей.
— Крабы! О, Боже! Крабы!
Перед взорами подростков предстал совершенно белый скелет нарвала, препарированный ужасными челюстями, которого крабы сожрали в одну ночь.
Куда бежать? Что делать? Они окружены, их растерзают в клочья! Остается одна надежда: лодка. Но успеют ли добежать?
— В лодку, быстро в лодку! — завопил Тотор.
Он бросился через шевелящееся кольцо, оступился, упал, поднялся, за ним — Гарри, который прыгал, тоже оступался, спотыкался о панцири.
Как удалось преодолеть десять метров, которые отделяли их от «Нарвала», одному Богу известно.
Искусанные, в изодранных штанах, с исполосованной кожей, беглецы добрались до лодки. Не сговариваясь, поволокли ее к берегу и отчаянным усилием столкнули в воду.
«Робинзоны» спасены! Сухопутные крабы еще могут преодолеть огонь, но никогда не приближаются к воде, испытывая к ней непреодолимое отвращение.
Меринос и Тотор забрались в «Нарвал», нашли весла, устроились по-турецки на дне и испустили вздох облегчения.
— Уф! Знаешь, Тотор, я не трус, но меня просто мороз по коже продрал!
— А мне ее крабы уже продрали! Проклятье! Шкуру содрали прямо до ляжек.
— И мне! Кровь идет…
— Хорошо еще, что морская вода прижжет. Но все равно, мы удачно выкрутились!
— Увы, нет провианта!
— Есть — один кокосовый орех! Мы поболтаемся на рейде до рассвета, а там высадимся и поищем еду.
— Если у крабов будет не такое каннибальское настроение.
— Смотри-ка! На это мы не рассчитывали!
— Да, поднимается ветер…
— И небо заволакивает. Только бы шквал не налетел!
Действительно, подул свежий ветер. Волны становились все выше. «Нарвал» плясал, переваливаясь с борта на борт, но в общем вел себя замечательно.
Понемногу ветер в бухте стих. Чего не могли предусмотреть два друга, так это очень сильного отлива. А он неотвратимо понес их в открытое море. Внезапный вихрь подхватил лодку как перышко и под раскаты грома унес прямо через отмель, наполовину прикрывавшую вход в бухту.
И вот суденышко посреди бурунов, в облаках пены. Оно выделывает пируэты в протоках между камнями, и мало-помалу рев прибоя остается позади. Путешественники в открытом море!
Их качает, мотает, они промокли, не в состоянии управлять лодкой, стали игрушкой волн, но плывут. Плывут с неслыханной скоростью через неизвестность мрака и океана!
Иногда молодые люди слышали справа или слева, спереди или сзади неумолчный шум прибоя. Они различали движущиеся силуэты волн, разбивающихся о скалы. Лодка то и дело стрелой проносилась мимо рифов.
Так продолжалось всю ночь. Всю ночь ревела буря и раздавались чудовищные раскаты грома.
Наконец последний порыв ветра разорвал тучи. Светало. «Нарвал» с приличной скоростью шел по течению на север. Молодые люди определили направление по солнцу, которое вставало справа по борту.
Мало-помалу море успокоилось. Вдали смутно виднелись очертания голубоватых берегов. Эта относительная близость твердой земли принесла надежду.
— Ну, как тебе приключение? — спросил Тотор.
— Совершенно выдающееся событие! Very prominent![84]
— По-нашенски — сногсшибательное! Однако согласись, дело могло кончиться скверно.
— О да! Я до сих пор дрожу!
— Точка! Не будем больше об этом. Когда идешь навстречу приключениям, не надо ни теряться, ни шапки вверх кидать… тем более кидать придется наши остроконечные колпаки.
— Если б у нас была еда! Хотя бы немного воды! Я задыхаюсь от жажды!
— У меня будто соль на языке.
— Что, если пристать к берегу?
— Это не просто! Смотри, какое сильное течение. Бьюсь об заклад, что скорость больше шести миль[85] в час.
— Все же попробуем!
— Давай!
Юноши согнулись в дугу над веслами в попытке направить нос к далекому берегу. Невозможно! Слепая сила непреклонно возвращала их в течение.
— Черт возьми! — проворчал раздосадованный Тотор. — Все впустую, нас будто нечистая сила несет.
Внезапно какой-то водоворот вспенил воду слева, метрах в шестидесяти.
— What is this?[86] — удивился Меринос.
— Подводный камень? Косяк сардин? Водоросли?
— Нет, кит!
— Вот это да! В самом деле, мадам Жонас со своим малышом! Да она нас полюбила и не хочет покидать! И похоже, она в прекрасном настроении. Хотелось бы и мне поплавать так вольно. А тебе, Меринос?
— Я бы сто тысяч долларов отдал за это!
