История Курилки вызывает интерес. Возможно, когда-нибудь будут пытаться установить его личность. В революционные годы посильно было и принятие чужого чина и чужой фамилии. Но вот два следа, данные мне читателями, на всякий случай. Полковник Курилко командовал ещё до 1914 года 16-м Сибирским стрелковым полком; к концу войны был контуженный генерал с золотым оружием, Георгием и многими орденами. Сын его Игорь ещё кадетом 1-го Московского кадетского корпуса летом 1914 и 1915 ездил на фронт, воевал, награждён Георгиевской медалью, затем крестом; весной 1916 кончил ускоренный курс Александровского училища, прапорщик. Другой след: полковник Курилко был одним из возглавителей белогвардейской подпольной организации в Москве летом 1919. Она провалилась, были массовые расстрелы (до 7 000 человек?), но Иван Алексеев (отец моего корреспондента) и брат профессора И. Ильина, известные только Курилке, не были им выданы и не были тронуты.
37
Названного в честь председателя московской Тройки ОГПУ, молодого недоучки:
Он был студент, и был горняк,
Зачёты же не шли никак.
(Из «дружеской эпиграммы» в журнале «Соловецкие острова», 1929, № 1. Цензура глупая была и не понимала: что пропускает.)
38
Все ценности с годами перепрокидываются – и то, что считается привилегией в лагере Особого Назначения 20-х годов – носить казённую одежду, то станет докукой в Особом лагере 40-х годов: там у нас привилегией будет
39
Перетащили сюда рельсы с дороги Старая Русса – Новгород.
40
А сейчас на камнях, где вот так волокли, в этом месте двора, укромном от соловецкого ветра, жизнерадостные туристы, приехавшие повидать пресловутый остров, часами
Впрочем, экскурсоводов, заикавшихся, что здесь был не только монастырь, но лагерь, – выгнали. И туристов стараются не пускать за пределы Большого Соловецкого острова: чтобы не видели ни Секирки, ни даже Троицкого скита (и сегодня много сохранилось тюремных решёток, в дверях – следы кормушек), ни Савватиевского. (В нём сохранился, например, подвальный карцер, где и в знойный день продрогаешь в минуту.)
41
Соловецкий приём, повторенный на катынских трупах. Кто-то вспомнил – традицию? или свой личный опыт?
42
Интересно, как на заре Архипелага с того самого начинают, к чему вернёмся и мы в поздних Особых лагерях: с удара по стукачам.
43
Ещё до 1972 года на чердаке Савватиевского скита долежала рукопись – дневник зэка 20-х годов (видимо,
44
От тюрем к воспитательным учреждениям, с. 115.
45
Соловецкие острова, 1930, № 2–3, с. 56, 57.
46
Там же, с. 57.
47
48
О, Бертран Рассел! О, Хьюлет Джонсон! О, где была ваша пламенеющая совесть
49
Всегда у нас
50
Соловецкие острова, 1930, № 2–3, с. 60.
51
И их вы тоже не читали, сэр Бертран Рассел?..
52
Гепеушница, спутница Горького, тоже упражняясь пером, записала так: «Знакомимся с жизнью Соловецкого лагеря. Я иду в музей… Все едем на “Секир-гору”. Оттуда открывается изумительный вид на озеро. Вода в озере холодного тём но-си не го цвета, вокруг озера – лес, он кажется заколдованным, меняется освещение, вспыхивают верхушки сосен, и зеркальное озеро становится огненным. Тишина и удивительно красиво. На обратном пути проезжаем торфоразработки. Вечером слушали концерт. Угощали нас местной соловецкой селёдочкой, она небольшая, но поразительно нежная и вкусная, тает во рту». (М. Горький и сын: Письма. Воспоминания. М.: Наука, 1971, с. 276. (Архив А. М. Горького. Т. 13.))
53
Соловецкие острова, 1929, № 1, с. 3. (В собрании сочинений Горького этой записи нет.)
54
Эта площадка – в 300 метрах на юг от Святых ворот (их вели вдоль стены Кремля до конца, а потом дальше, не сворачивая), образовалась большая, 80х80 метров, свободная от леса, удобная для постройки. Летом 1975 там начали рыть котлован для жилых домов – и экскаватор выгребал одни кости. Туристы (а среди них – понимающие бывшие зэки) разбирали черепа. Уже и фундамент подняли – а вокруг него во множестве лежали рёбра, ключицы, челюсти, лопатки, тазовые кости, берцовые, фаланги пальцев и позвонки.
55
56
